Дорога домой или Цена престола

— С нами же нет ни одного мага, — успокоил Гэбриэл короля, а заодно и себя самого. — Так что все будет нормально.

— Как это ни одного мага?! — возмущенно раздалось из-за угла, и оттуда появился Лорис с дорожной сумкой на плече.

— Уезжаешь? — король посмотрел на него с укором.

Лорис указал на Гэбриэла пальцем:

— Этот парень чертовски убедителен.

Гэбриэл в свою очередь сделал невинные глаза:

— Вообще-то я тебя не убеждал.

— Ну-ну, — протянул Галим, — знаем мы, как ты не убеждаешь... Что ж, удачи вам всем, — он подал Гэбриэлу руку на прощание: — Надеюсь, ты знаешь, что делаешь.

Гэбриэл ответил на рукопожатие.

Он бы тоже очень хотел знать, что делает...

До Эрейских гор оставалось совсем немного, и Гэбриэл провел последний инструктаж:

— Лорис, запомни, никакой магии, абсолютно никакой. Горы пропитаны совей собственной силой, связанной с их обитателями, они почувствуют нас мгновенно и на любом расстоянии, если произойдет хотя бы малейший всплеск магической энергии.

Лорис скривился:

— Ты знаешь, что магу не пользоваться его даром все равно, что тебе дышать через раз.

— Я могу не дышать достаточно долго, — заверил Гэбриэл.

Маг в ответ только закатил глаза.

— Понял я, понял, — недовольно пробормотал он. — Я постараюсь.

— Если оплошаешь, мы все мертвецы, — уже в очередной раз повторил Гэбриэл, надеясь, что его спутники осознают серьезность ситуации в полной мере.

— Неужели они так опасны? — спросила Эрилин.

Должно быть, присутствие Эмира действовало на ее успокоительно, потому что с момента встречи с ним, она все больше молчала и почти не задавала своих обычно не прекращающихся вопросов.

— Они не просто опасны, они еще и чертовски сильны, — ответил Гэбриэл. — Их магия — самая сильная во всем мире. Именно поэтому чужаки не суются в Эрейские горы.

Эрилин побледнела, поджала губы и больше ничего не стала спрашивать."

"— Они чувствуют не только магию как таковую, а также сильные эмоции, — продолжал Гэбриэл. — Поэтому воздержитесь от любых споров и выяснений отношений до того момента, пока мы не покинем горы.

— Я же говорил, что нужно ехать через Беонтию, — раздраженно заметил Эмир.

Гэбриэл сжал зубы. Принц ему не нравился, самодовольный и напыщенный, впрочем, как и большинство наследников престолов, которых он встречал.

— В Беонтии мне появляться нельзя, — спокойно напомнил он ему.

— Но нам-то можно, — не сдавался принц.

— Эмир! — возмутилась Эрилин. — Прекрати!

— Сама прекрати, — огрызнулся на нее брат. — Ты веришь каждому его слову, будто это глас божий, вместо того, чтобы подумать головой.

Эрилин зашипела.

— Поверь, место, которым ты думаешь, а заодно и на котором сидишь, это вовсе не голова... — похоже принцесса хотела продолжить, поэтому Гэбриэл был вынужден ее перебить:

— Эр, именно об этом я и говорил.