Преодоление Беды

Ладно… давайте замнём, а? Подумаешь, великое дело…

– Подумаешь? – заговорил вдруг Холод и тут же умолк с шипением, хлеща хвостом.

Беда нахмурилась.

– Между прочим, мог бы и раньше поделиться, – упрекнула она морского дракончика.

В конце концов, друзьям положено, разве не так? Ну хорошо, ночную он выдавать не хотел, но про себя-то рассказать можно?

– Я собирался, – вздохнул он, – ведь мы с тобой в чём-то похожи.

Только не у каждого есть возможность скрыть свой секрет – вот в чём разница!

– Никто больше не желает выступить с признанием? – усмехнулся Вихрь. – Холод, ты сам как? Не умеешь, случайно, убивать холодным презрением?

– Увы, ничем похвастаться не могу, – пробурчал ледяной.

– Я тоже, – кивнул песчаный, – хотя бы двое из нас обыкновенные. – Он обвёл взглядом Луну, Карапакса и Беду.

– Ты давно заколдовал камень? – спросила Луна у морского. – И как ты… приходилось тебе делать ещё что-нибудь? – Она потёрла лоб, крылья её дрогнули.

– Не волнуйся, – махнул он крылом, – с ума пока не сошёл. Почти ничего и не делал… А то все узнают, зачем?

– Как это, зачем? – возмутился Холод. – Разве можно скрывать такой дар? Ты бы мог послужить своему племени, помочь выиграть войну! Да с этакими способностями…

– М-м… думаешь? – Изумрудный дракончик опасливо отодвинулся.

Беда внезапно повернулась к Холоду.

– Значит, ты не возражаешь, если его используют как оружие? – прищурилась она. – А что меня так использовала Пурпур – это самое чудовищное преступление в истории, да?

Неловкая тишина обрушилась на драконят взрывчатой начинкой кактуса, в которой недоверие и надменность смешивались с чувством вины, а подозрения – с рассудительностью. От Беды все отводили глаза, даже морской дракончик.

– Я тебя понимаю, – заговорила наконец Луна, обращаясь к Карапаксу. – Ты должен сам решать, как использовать свой дар, без приказов королевы или чьих-то других. – Она мельком оглянулась на Беду, словно боялась, что та схватит её за хвост.

Беда задумалась, не относится ли это и к ней. Она не привыкла ничего решать сама, а приди ей такое в голову, страшно подумать, что могла бы натворить.

– Твой камень может вылечить Кинкажу? – спросил Вихрь.

– М-м… попробовать можно, – замялся морской дракончик, – но, боюсь, ничего не получится. Я зачаровал его для чешуи и мышц, а не внутренних органов – просто чтобы снимать усталость и приводить себя в порядок при дальних полётах. Глупость, конечно, – надо было сделать его сильнее.

– И поярче, – добавила Беда. – Он слишком похож на все остальные. Уронишь случайно в реку, потом и не отыщешь.

– Зато он может убрать твой шрам, – оживился Карапакс, протягивая камень Вихрю, но тот отшатнулся, прикрыв лапой нос.

– Ещё чего! Мне нравится мой шрам, без него я не я. Ерунда это всё.