Прекрасный яд

Кейн впивается в мои потрескавшиеся губы, поглощая мой крик.

Я покачиваю бедрами, оседлав волну, целуя его в ответ, теряя себя настолько, что забываю, где мы находимся.

Когда его движения становятся все более неистовыми, более настойчивыми, я хватаю его лицо обеими руками и отрываю от своих губ. Слюна протягивается между нами, и я шепчу:

— Кончи со мной, пожалуйста.

— Моя, — рычит он, поглощая мои губы, и тут я чувствую это.

Тепло.

Глубокое тепло, заполняющее мои внутренности.

Он долго кончает, его сперма заполняет меня и вытекает наружу, на машину, платье — везде.

— Такой гребаный беспорядок, — ворчит он мне в губы.

— Твой беспорядок, — я целую кончик его носа, чувствуя себя такой чертовски легкой и счастливой.

Я думала, что счастье — это прижаться к Ви в конце долгого дня и смотреть документальный фильм о преступлениях или дурацкое телешоу, поедая попкорн.

Счастье — это когда над головой есть крыша и можно оплатить счета за месяц.

Счастье — это стипендия, маленькая дверь в мир возможностей или незнакомец, отдающий нам свою поношенную одежду.

Но сейчас, когда Кейн бормочет проклятия и несет меня на руках, я понимаю, что есть и другое счастье.

Счастье, в котором я и не подозревала, что нуждаюсь.

Счастье, которое пугает меня до смерти, но я все равно его хочу.

Глава 27

Кейн

Я просчитался.

А если говорить прямо, то облажался. По-крупному.

Я сижу на краю кровати, где крепко спит Далия, ее лицо расслаблено и спокойно, за исключением размазанной туши вокруг глаз.

Из ее приоткрытых губ доносится тихое бормотание, и я не могу удержаться от того, чтобы погладить ее губы, подбородок и щеку. Сколько бы я ни трогал ее, это едва ли удовлетворяет мою извращенную одержимость.

Я мог бы проглотить ее всю, и этого все равно было бы недостаточно.

Далия прижимается к моей руке, потираясь своей щекой о мою ладонь, и стон вырывается из ее губ и застревает глубоко в моей груди.

Что-то с этим ублюдком — моей грудью — не так, потому что она шевелится. Наверное, мне нужно обратиться к нашему врачу и попросить его проверить, что, черт возьми, не так с моей головой.

Потому что я действительно и бесспорно облажался по полной.

Прошло уже несколько часов с тех пор, как я отвез ее к себе домой. Она заснула в машине и не шелохнулась, когда я нес ее на руках и уложил в постель.

Обычно Далия спит в позе эмбриона, стараясь свернуться как можно больше, но сейчас ее руки раскинуты по обе стороны, занимая большую часть кровати. Почти как ребенок, который устал после насыщенного дня.

Может, потому что она чувствует себя в безопасности?

Потому что устала?"

"Какова бы ни была причина, мне нравится, как это выглядит. И мне нравится, что она здесь. В моей постели. В моей квартире. Даже в моей жизни.