Букет прекрасных дам

Слушая его спокойный, чуть глуховатый голос, я расслабился, и тут майор неожиданно спросил:

– Скажите, Иван Павлович, зачем вы приходили на квартиру к Анастасии Королевой?

Я почувствовал, как тревожно сжался желудок, и как можно более равнодушно поинтересовался:

– К кому? Не знаю такую.

– Ну как же, Иван Павлович, – все так же спокойно продолжил майор, – она училась вместе с внучкой вашей хозяйки, и ее нашли спустя некоторое время после смерти Маргариты на дне ванны, увы, мертвой.

– Ах, Настя, – «припомнил» я, – знаете, вокруг Маргоши постоянно крутились люди, честно говоря, я не всегда успевал познакомиться с ее друзьями. Настя Королева, такая толстенькая блондинка?

– Нет, – усмехнулся Воронов, – худенькая брюнетка.

Я развел руками:

– Тогда не помню и, естественно, не был у нее дома.

Воронов отхлебнул кофе.

– У меня иные сведения. Вы были в квартире, потом вышли, доехали на машине до «Новослободской», там у магазина «Комус» вошли в телефонную будку, сообщили дежурному о трупе, лежащем в ванной, бросили в урну пакет с окурками и уехали.

Чувствуя, что пол начинает уходить из-под ног, я твердо ответил:

– Бред!

– Нет, – улыбнулся Воронов, – вас запомнила девушка, торгующая книгами, ее лоток стоит впритык к будке, из которой вы звонили в милицию. Фраза про труп настолько заинтересовала ее, что она постаралась запомнить вас, а когда вы засунули в мусор пакет, она решила проявить бдительность, записала номер машины и мигом сама позвонила ноль два. Говорит, что приняла вас за террориста, хитроумного и изобретательного.

– Бред! Я весь день был дома.

– Но она записала номер машины, а вы только что сказали, будто никому не давали автомобиль.

– Она перепутала цифры.

– Ну, не похоже, девушка молодая, зрение в полном порядке.

– Меня там не было! Хотя, точно не припомню, может, и проезжал случайно мимо…

– И выбросили окурки?

– Вполне вероятно, я курю, вот и опустошил пепельницу в машине, очень не люблю запах бычков.

– Понимаю, – кивнул Воронов, – кстати, я не представился до конца, меня зовут Максим Иванович.

– Очень приятно, – наклонил я голову, – рад знакомству.

– А почему вы несли окурки к урне в пакете?

– Я не говорил, что нес их, просто предположил, что подобное имело место!

– Но почему в мешочке?"

"– А что, следует таскать чинарики в кулаке? – нашелся я. – Есть закон, запрещающий такие действия?

Максим Иванович рассмеялся:

– Нет, конечно. Значит, вы не звонили ноль два и не сообщали о смерти Королевой?

– Нет.

– А вы не будете против, если мы проведем небольшую процедуру?

– Какую?

– Предложим торговке опознать вас? Ну так как, согласны? – И он прищурился.

Понимая, что окончательно загнан в угол, я постарался как можно тверже ответить:

– Пожалуйста.

– Тогда пойдемте, – велел майор.