Прекрасная натурщица

В его глазах сверкнуло мрачное удовлетворение. Подождав, когда Зуки возьмет свою сумочку, он вывел ее из кабинета."

"Многоарочный коридор, ведущий к гигантскому входу, оказался одним из многих в доме. Хотя Зуки была полностью поглощена тем, как изменилась ее жизнь, она удивлялась потрясающей архитектуре виллы Рамона. Стиль барокко сочетался с удивительными мавританскими конструкциями, которые, как ни странно, не казались неуместными.

– Сколько лет этому дому? – спросила она.

– Его построили в пятнадцатом веке, а потом несколько раз перестраивали. Отсюда эклектичный характер архитектуры, – ответил Рамон.

Она кивнула. Ей хотелось задать больше вопросов, хотя она приехала на виллу не на экскурсию.

От осознания огромной ответственности у нее закружилась голова. Нет, она не будет думать об этом прямо сейчас. У нее есть более срочные дела. Она должна обо всем сообщить своей матери.

Зуки отвернулась от стены и увидела, что Рамон наблюдает за ней.

– Что с тобой?

– Мне надо позвонить маме. Пусть она знает, что происходит.

Через мгновение он кивнул:

– Ты можешь позвонить по телефону из своей комнаты.

Он провел ее через две прихожие мимо внутреннего дворика с железными поручнями, балконами и мозаичным фонтаном. Наконец они подошли к грандиозной центральной лестнице, ведущей на верхние этажи.

Подойдя к апартаментам Зуки, он открыл дверь.

– Здесь все, что тебе потребуется. Тереза не говорит по-английски, но младшие сотрудники говорят. Если тебе что-нибудь понадобится, набери «ноль» на телефоне. Кто-нибудь обязательно ответит на твой звонок.

– А ты уходишь? – спросила она.

– У меня дела в Гаване. Я вернусь вечером.

Они долго смотрели друг на друга, молчание между ними становилось напряженным. После потока слов, которыми они обменялись, им, казалось, больше нечего друг другу сказать.

– Хм, что произойдет, когда я забеременею?

– Ты хочешь знать, буду ли я и дальше спать с тобой?

Она резко кивнула.

Он на мгновение опустил глаза, а потом снова взглянул на нее в упор:

– После того как ты забеременеешь, нам будет незачем заниматься сексом.

Она испытала странные ощущения, но бодро кивнула:

– Ладно. Отлично.

Он наконец отвел взгляд от Зуки и оглядел ее комнату. Но Зуки заметила, как он помрачнел. Он стал еще суровее, когда повернулся к двери.

– Подожди, – не сдержавшись, сказала она.

Он остановился и посмотрел на нее через плечо.

– Что еще? – спросил он устало и настороженно.

Она теребила пальцами ремешком сумочки.

– Ты ни разу не ответил на мои письма. По-моему, теперь я понимаю почему. Но ты должен знать, что я в них писала. Я очень сожалею о твоей потере. Луис был особенным человеком. Я уверена, у тебя были замечательные родители.