Прекрасная натурщица

Но у нас есть время, чтобы это выяснить. – Он протянул ей договор. – Прочитай его внимательно. Обрати внимание на пятый пункт.

Она смотрела на него несколько секунд и взяла договор. Пятый пункт, о котором он сказал, был на третьей странице.

– Это шутка? – спросила она.

– Это делается для того, чтобы наш ребенок был для тебя важнее всего. Чтобы ты не думала о счетах или работе, а только о благополучии нашего ребенка. О твоей матери хорошо позаботятся.

– Но это… абсурдно большая сумма.

Он поджал чувственные губы."

"– По-моему, ты до сих пор не поняла, что я не шучу. – Он взял у нее договор и обхватил руками ее плечи. Зуки уставилась ему в лицо. – Я хочу ребенка, Зуки. Ты родишь мне его. Что еще мне сказать, чтобы ты мне поверила? – страстно произнес он хрипловатым голосом.

Она понимала, что должна согласиться.

Ради своей матери.

Ради себя самой.

Возможно, ради памяти о Луисе.

– Больше ничего не говори, – прошептала она.

– Ты согласна?

Она кивнула:

– Да.

Он еще секунду смотрел на нее сверху вниз, рассеянно поглаживая ее плечи большими пальцами, а потом уставился на ее губы. Ей показалось, что он прикасается к ним. Не сдержавшись, она облизнула нижнюю губу.

– Какой у нас временной интервал?

Она нахмурилась:

– Что?

– Какой у тебя месячный цикл?

Такого вопроса она не ожидала. Закрыв глаза, она покраснела.

– Я… Мне не верится, что я обсуждаю с тобой свой месячный цикл.

– Это естественное событие, поэтому нечего стесняться, – ответил он.

– Я не стесняюсь, просто…

– Ты предпочитаешь обсуждать погоду?

Она пожала плечами:

– Может быть. В обсуждении погоды нет ничего плохого.

Уголок его рта дрогнул в усмешке.

– Поговорим о ней в следующий раз, – сказал он.

– Период овуляции закончится через три дня, – пробормотала она.

Рамон снова посмотрел на ее губы и слегка раздул ноздри, когда наклонился к ней ближе, вторгаясь в ее личное пространство.

– Значит, ты придешь ко мне сегодня вечером.

Зуки сглотнула:

– Нет.

– Почему?

Она покачала головой:

– Не сегодня. Мне нужно немного времени, чтобы привыкнуть к тому, что происходит.

Он нахмурился.

– Ничего не изменится, если ты будешь тянуть время, – предупредил он.

– Я знаю, но я не хочу торопиться.

Он поджал губы в тонкую линию. Зуки не удалось ему ответить, потому что в дверь постучали. Им подали горячие и холодные напитки, кондитерские изделия и аккуратно нарезанные бутерброды.

Женщина средних лет ласково улыбнулась Рамону и поставила поднос на журнальный столик.

– Это Тереза, – сказал он. – Она моя экономка. – Он повторил фразу по-испански.

Тереза улыбнулась и произнесла несколько слов, которые Зуки не поняла.

Рамон покачал головой и отпустил экономку, а затем протянул руку, чтобы положить печенье на тарелку.