Преисподняя

— Уже приехала? Тогда мне нужна одна речушка, вдоль которой я поеду на запад от Тулларпа.

— Речка протекает вон за тем невысоким холмом.

— Хорошо, что ты это знаешь. Садись на мою лошадь!

— Я?

— Ты, конечно. И поживее!

Девочка попыталась залезть на коня, но тут же отступила с жалобным воем.

— Мне больно!

Суль пришлось подсадить бедняжку.

Сама она пошла пешком, ведя лошадь. Маме Силье вряд ли понравится, если Суль вернется домой вшивой. В этом деле Силье всегда проявляла неописуемую строгость, и чтобы избавиться от нежелательной живности детям приходилось терпеть бесчисленные неприятные процедуры.

К счастью, речка находилась не в той стороне, куда убежали солдаты. Они удрали в Тулларп, пояснила девочка, так что туда ей и Суль заходить не следует, к тому же они уже находятся западнее этого маленького городка.

— Как тебя зовут? — спросила Суль.

— Мета.

— Ты живешь поблизости?

— Да. То есть нет. Теперь уже не живу.

— Что?

Девочка вытерла рукой глаза, на лице у нее остались грязные полосы.

— Я теперь нигде не живу, — всхлипнула она. — Хожу по дорогам и прошу подаяние.

— Разве у тебя нет родителей? Нет никакого пристанища?

— Нет, моя мать была уличной женой. Она умерла этой весной. С тех пор я не имею крыши над головой и хожу по дорогам.

«Уличная жена? Красивое название для шлюхи!» — подумала Суль.

— Но ты, очевидно, до этого была девственницей?

— О, да. Мать так старалась, чтобы я не пошла по ее пути.

— И все-таки ты выбрала этот путь!

— Они знали, кем была моя мать, — стыдливо произнесла она. — И решили меня обучить…

Суль стиснула зубы.

— Я бы хотела обратить их в камни, оставив им человеческие чувства. Чтобы люди пинали их тяжелыми башмаками!"

"Мета онемела. «Кажется, я напугала ее», — подумала Суль, внимательно глядя на девочку.

— Все будет хорошо, — сказала она, — выдавив из себя улыбку. — А где жили вы с матерью?

— Около речки. Мы как раз идем туда.

— Прекрасно.

Это было довольно далеко. Девочка по-прежнему всхлипывала. Но теперь это был просто жалкий и несчастный ребенок, вцепившийся в гриву коня.

Наконец Мета указала на какую-то землянку, которую Суль даже не заметила и которая напоминала дыру в земле. Она помогла девочке спустить с коня.

— Я не думаю… — нерешительно произнесла Мета, — что нам следует туда входить…

— Почему нет?

— Я не хочу…

«Глупая, — подумала Суль, — тебе же нужен какой-нибудь дом!» Это была жалкая, мрачная нора, вырытая под крутым откосом.

Обнаружив что-то вроде входа, Суль нагнулась и вошла внутрь. На кровати, прямо напротив нее, лежал полуразложившийся труп.

«Выходит, она не могла похоронить мать! — удрученно подумала она. — Не с кем поговорить, некого позвать на помощь. Нужно забрать отсюда все необходимое, ребенку здесь жить нельзя».