Предназначенный

""Только наши действия определяют нас, и будут определять нас, даже после смерти.""

— Я был создан, чтобы служить Неферт. — Верно ли то, что сказала Танатос в его случае?

Он вспомнил другие слова Верховной жрицы, будто в ответ на его вопрос.

""… будущее не должно быть продиктовано прошлым.""

Голос, раздавшийся в машине, рассеил мудрые слова Танатос. Он приказывал ему повернуть направо и через пол мили он прибыл в место назначения. Аурокс повернул, но вел машину через канавы до тех пор, пока не удостоверился, что припарковался достаточно хорошо, чтобы она была вне поля зрения проезжающих машин или любопытных глаз. Он вышел из машины и, двигаясь быстро и бесшумно, Аурокс пошел параллельно старой гравийной дорожке, которая вела к скромному домику.

Аурокс остановился не доходя до домика, и не только потому что он решил укрыться в маленьком саду, прилегающем к домику и на большом лавандовом поле, обрамляющем его. Он остановился, потому что увидел обожженный круг, находящийся посреди заснувшей на зиму травы. Он узнал это пожарище. Это не было пожарищем от огня, от которого земля обугливалась, а лаванда умирала. Это было холодное пожарище, ледяное, но так же разрушавшее все вокруг.

""Здесь была Тьма."" — Сказал себе Аурокс.

И тогда он понял. Неферет и белый бык сделали это. Они убили мать Зои Редберд.

Что-то шевельнулось в нем, как будто колесо, застрявшее в навозе и грязи, наконец то освободилось. Ноги Аурокса подкосились и он тяжело сполз вдоль шершавого ствола дерева, ожидая… наблюдая… но ничего не предпринимая.

Дракон

Найти домашний адрес Зои не составило особого труда. Ферма ее бабушки была не более чем в часе езды или около того отсюда. Он выждал, пока школьный автобус покинул территорию школы, а затем последовал за ним не спеша, так, чтобы вечно бдительный Дарий не заметил его в зеркало дальнего вида. Дракону вовсе не требовалось следовать по пятам за автобусом, ведь он знал его конечный пункт назначения. Он знал, что должен делать.

Долг превыше всего.

Его долгом всегда было охранять школу и ее студентов.

Ярость хранит меня.

Это все что осталось ему — ярость.

— Твоя смерть сломала меня

— Ярость — вот все что мне осталось

Его собственные слова насмехались над ним.

— Я сказал тебе правду! — закричал он в пустоту.

— Анастасия, ты умерла. Мне ничего не осталось, только ярость и долг.

— Если не ты моя Супруга, истинная и верная,

как я смогу снова тебя найти?

Ответ Анастасии казалось дрейфовал вокруг него, принеся с собой плодородный запах земли, граничащей с могущественной рекой Миссисипи и теплый очищающий влажный летний бриз, под действием которого подсолнухи склоняют свои тяжелые головы как бы кивая в одобрении.

— Нет — закричал он, рассеивая воспоминания.

— Все это ушло. Ты ушла.