Предложение джентльмена

– Мы тут! - послышался крик, сопровождаемый хихиканьем.

– Иду!

Снова хихиканье, громче прежнего. Софи споткнулась и чуть не упала.

– Где вы? - крикнула она уже с гораздо меньшим энтузиазмом.

– Мы тут!

– Тут!

– Тут!

– Сейчас я тебя поймаю, Элис, - предупредила Софи, решив начать с самой младшей и соответственно самой слабенькой девочки. - Вот погоди!

***

Сбежать Бенедикту так и не удалось. После того как мать вышла из гостиной, он опрокинул стаканчик бренди, о котором давно мечтал, и направился было к двери, но по пути его перехватила Элоиза, которая сообщила ему, что он ни в коем случае не должен уходить, поскольку мама приложила столько усилий, чтобы собрать всех детей вместе, потому что Дафна собирается сделать важное сообщение.

– Снова беременна? - спросил Бенедикт.

– Только сделай вид, что удивлен. Ты не должен был об этом знать.

– Никакого вида я делать не собираюсь. Я ухожу.

Подскочив к нему, Элоиза схватила его за рукав.

– Ты не можешь этого сделать!

Тяжело вздохнув, Бенедикт попытался высвободиться из цепких пальцев сестрицы, но безуспешно.

– Еще как могу. Вот смотри. Делаю один шаг, потом другой…

– Ты же обещал Гиацинте помочь ей с арифметикой! - выпалила Элоиза. - Она тебя целых две недели не видела!

– Можно подумать, что, если она не выполнит задание, ее исключат из школы, - буркнул Бенедикт.

– Да как ты смеешь так говорить! - воскликнула Элоиза.

– Ну прости, пожалуйста, - успокаивающе проговорил Бенедикт, надеясь избежать лекции, но не тут-то было.

– Если нам, женщинам не разрешается учиться в таких заведениях, как Итон и Кембридж, это совсем не означает, что мы образованны хуже мужчин, - заявила Элоиза.

Бенедикт безвольно прислонился к стене.

– Более того, я считаю, что нам не разрешается учиться в этих учебных заведениях потому, что, если бы нас туда допустили, мы бы обогнали мужчин по всем предметам!

– Я в этом нисколько не сомневаюсь, - вздохнул Бенедикт.

– И не смей говорить со мной таким покровительственным тоном!

– Поверь мне, Элоиза, я и не собирался говорить с тобой покровительственным тоном.

Подозрительно взглянув на него, Элоиза скрестила руки на груди и проговорила:

– Смотри не разочаруй Гиацинту.

– Хорошо, - устало ответил Бенедикт.

– По-моему, она в детской.

Рассеянно кивнув, Бенедикт направился к лестнице.

Он начал подниматься на второй этаж, так и не заметив, что Элоиза повернулась к матери, выглянувшей из музыкального салона, подмигнула ей и широко улыбнулась.

***

Детская располагалась на втором этаже. Бенедикт редко поднимался так высоко: спальни большинства его братьев и сестер находились на первом. Только Грегори и Гиацинта по-прежнему жили в комнатах, соседних с детской.