Наследие предков

— Да что за хрень такая? — от досады майор стукнул одной болванкой по другой. На поверхности остался небольшой рубец. Значит, мягче стали. Самохин пощупал рубец и с удивлением обнаружил, что в этом месте загадочный металл стал еще теплее.

В дверь постучали.

— Да! Открыто! — нервно крикнул майор.

В апартаменты главы Пятого форта вошел один из его порученцев.

— Шеф, мы тщательно осмотрели следы.

— И что? Не делай паузу, говори уже! — проворчал Самохин, не сводя глаз со странных цилиндрических болванок.

— БТР уехал не совсем туда, куда мы предполагали.

— То есть?

— Они не в сторону колонии своей поехали. Они поехали в город.

— В город? За каким чертом? — удивился майор.

— Не знаю. Но… Там следы еще…

— Что за следы?

— На бронетранспортере уехало не два человека, а четыре. Или даже пять. Причем, судя по размеру обуви, одна из них женщина. Ну, или подросток.

Самохин присел на стул и стал задумчиво растирать лоб ладонью, которой только что тер неизвестный металл. Вдруг он резко поднялся и вперил в порученца ненавидящий взгляд.

— Мать вашу! Этот урод! Этот чурка! Он провел нас! Разыграл сцену с этим кретином Борщовым, а сам выпустил стечкинцев и свалил с ними! И получается, он прихватил с собой и Крота с Гжелихой?!

Порученец молчал. Он медленно опустил взгляд на брезентовую сумку, что висела у него на правом плече. Из нее доносился еле слышимый треск. Теперь этот звук расслышал и Самохин.

— Что, что у тебя там жужжит, черт подери?!

Порученец осторожно извлек из сумки дозиметр.

— Шеф это…

— Дозиметр? Во что вы там вляпались на улице?!

— Он только что молчал, шеф. Мы не во что не вляпались… Это что-то здесь, — человек протянул прибор вперед, датчиком к столу, и треск усилился.

— Что происходит? — в нотках голоса Самохина уже было не раздражение и властная злость, а ясно различимая доля испуга.

— Шеф, что это? — порученец обратил внимание на странные цилиндры, стоявшие на столе и, медленно подошел, направляя дозиметр на них. Треск стал еще громче и интенсивнее.

— Шеф!!! — человек с прибором резко отпрянул и попятился к двери. — Откуда вы это взяли?!

— А что это такое?!

— Я не знаю, но оно очень радиоактивно!

«Клеймо на внутренней свинцовой крышке!» — ужалила вдруг в самые недра мозга мысль, и Самохин кинулся к столу. Схватил свинцовую крышку и внимательнее посмотрел на клеймо.

235U… Неприметная надпись в конце какого-то слова под свастикой в зубчатом круге…

УРАН ДВЕСТИ ТРИДЦАТЬ ПЯТЬ!!!

Из уст Самохина вырвалось бранное слово, и он отбросил свинец так, словно тот превратился в огромного, страшного и ядовитого паука.

— Уйди с дороги! Это уран! — заорал староста общины, кидаясь на выход из этого ставшего вдруг проклятым помещения.

* * *Павел Стечкин оседлал стул, сложив руки на его спинке.