Дочь предателя. Баллада Пепла и Льда

Так он тоже слышал?

— Пожалуйста, помолчи и выслушай, — взмолилась Веела. По ее запыленному лицу тянулись дорожки слез, на густых ресницах лежал серый прах мертвого леса. — Мне и так тяжело! Если бы ты знал, чего мне стоило начать этот разговор…

— Три жизни, видно, недостаточная цена? — выплюнула я.

Ронан успокаивающе положил тяжелую ладонь мне на плечо, уговаривая замолчать и дать Вееле высказаться.

— Впервые отец заставил меня выпить кровь твари Изнанки, когда мне было пять лет, — повторила Веела, добавив только, что напоил ее сам князь.

Сотни вопросов роились в голове, однако мы с Ронаном переглянулись и приготовились слушать.

— Дети в таком возрасте мало что помнят, но я запомнила. Наверное, потому, что мама была очень расстроена. Сначала они с отцом ругались, потом она рыдала навзрыд и повторяла: «Что же поделать, если я не могу родить тебе больше детей. Не могу родить сына!» Я впервые почувствовала себя виноватой, что я не мальчик, хотя и не очень понимала, что плохого в том, чтобы быть девочкой. Ведь я всегда слушалась отца, ни в чем ему не перечила. И когда он привел меня в кабинет и велел нянечке принести кружку теплого молока, а потом снял с полки флакон, заполненный черной жидкостью, и отмерил пипеткой три капли, окрасившие молоко в отвратительный серый цвет, я не стала капризничать и выпила до дна. На языке сделалось так горько, что меня едва не вырвало. Пока я боролась с рвотными позывами, отец гладил меня по спине и говорил, что я хорошая девочка.

Я представила эту жуткую картину, и меня саму едва не стошнило.

— С тех пор я должна была пить кровь тварей каждую неделю, сначала по три капли, потом по пять, потом по десять. В ночь после очередной дозы я мучилась от лихорадки, жар пробирал до костей, суставы ломило. Мама сидела рядом с кроваткой и нежно вытирала пот с моего разгоряченного лба. Помню, какие приятные, прохладные были у нее руки… Помню, как-то под утро, очнувшись от забытья, я спросила у мамы, почему папа делает мне больно, она вздохнула и сказала: «Твой отец оказал тебе великую честь. Ты станешь одаренной, как он, и будешь служить императору. Твоему дяде».

— В смысле — дяде? — не выдержал Ронан.

С каждым новым словом Веелы он выглядел все более ошеломленным.

— Князь Лэггер — ее отец, — ответила я вместо Вель.

— Да, — грустно подтвердила она. — Прости… Отец всегда мечтал о наследнике, сыне, но мама смогла родить только меня, слабую девочку. Здоровье не позволяло ей больше иметь детей. Отец какое-то время надеялся, но, когда понял, что я останусь его единственным ребенком, решил сделать посвященной меня.

— Посвященной? — повторил Ронан.

— Да. Все, что я сейчас скажу, — великая тайна.