Предатель. Вернуть любимую (СИ)

— Ты… купил мне продукты? В чем подвох?

— Ничего дурного я не хотел. Могу ли я оправдаться перед тобой, не стоя на лестничной клетке?

Немного помедлив, все-таки киваю и обращаюсь к Арине:

— Вскипятишь чайник?

Подруга шокировано округляет глаза:

— Этот сноб унизил мою жилплощадь, машину и парня!

— И в то же время Антон не побоялся раскрыть мне глаза на Суворова, помог уйти из особняка, купил продуктов. Неужели он не заслужил чашечку чая?

Арина приподнимает ладони вверх.

— О-о-о… без моего участия! — и специально топая, выражая свое негативное отношение к гостю, уходит в комнату.

— Проходи, пожалуйста, — вздохнув, приглашаю Антона и запираю за ним дверь.

В кухне Власов располагается за столом.

Да, я тоже помню его резкие высказывания насчет Арины, но он же предлагал мне пожить в его квартире.

Я и раньше замечала во Власове проблески благородства в мою сторону, он интересовался моим настроением, пока я жила с Мироном, но я относилась к этому предвзято. Все-таки ждать добра от человека, работающего на Суворова, — странно.

А сегодня Власов говорит, что приехал тайно. То есть он уже второй раз пошел наперекор своему хозяину. Если такое поведение не спланированная акция Мирона, то это вызывает у меня огромное любопытство.

— И как там Суворов? — как бы между делом спрашиваю. — Разозлился, наверное, что я не приехала в ресторан? Или быстро подыскал мне замену?

Власов хмурится.

— Суворов, Суворов… Весь интерес твой сосредоточен только на нем? Даже после измены."

"Когда слышу от Антона последнюю фразу, что-то острое будто вонзается в сердце. Грудину болезненно сдавливает и покалывает. Власов снова, вольно или нет, напоминает о страшной трагедии, случившейся в наших с Мироном отношениях.

Глаза намокают от слез, которые я всеми силами сдерживаю, чтобы не раскисать при Антоне. Поворачиваюсь к мужчине спиной, разливая по кружкам кипяток и бросая в него чайные пакетики. За это выкроенное время вынуждаю себя натянуть беззаботную улыбку.

— Да нет, — изображаю равнодушие, а внутри все снова жжет. — Просто Мирону как против шерсти, если его кто-то не слушается. Вот и захотелось узнать, как он отреагировал.

— Мирону Олеговичу это не понравилось, — коротко отвечает Антон.

А я в глубине души расстраиваюсь из-за сжатого ответа. Хотелось подробностей. Наверное, у Суворова лицо все скривилось. Он, как всегда, орал. Или еще что-нибудь. Но допытываться у Власова не стану.

— Ну и черт с ним, — взяв кружки с чаем, подхожу к столу.

Антон поднимает на меня взгляд и ни на секунду не отводит. Не моргает даже.

— На самом деле я приехал сказать, что тоже собираюсь уйти от Суворова. Мне до смерти надоело ему служить. Хватит. Я много лет выполнял за него всю грязную противозаконную работу, потому что Суворов свои руки марать не хотел.