Ученица. Предать, чтобы обрести себя

"

"Мне нужны были налоговые декларации родителей. Я не была уверена в том, что они вообще платили налоги, но даже если и платили, отец ни за что не дал бы мне документов, если бы узнал, зачем они понадобились. Я придумывала десятки причин, но ни одна не звучала убедительно. Я поняла, что документы должны лежать в большом сером шкафу на кухне, и решила их украсть.

В Айдахо я отправилась около полуночи, рассчитывая приехать в три утра, когда все будут спать. Приехала на гору, прокралась по дорожке в дом, вздрагивая при каждом шорохе гравия под шинами. Бесшумно открыла дверцу машины, прошла по траве и проскользнула в дом через черный ход. Там я стала на ощупь пробираться к шкафу.

Я успела сделать лишь несколько шагов, когда услышала знакомый щелчок.

– Не стреляй! – закричала я. – Это я!

– Кто?

Я включила свет и увидела, что Шон сидит на диване и целится в меня из пистолета. Узнав меня, он опустил оружие.

– Я думал… это кто-то другой…

– Я так и поняла, – кивнула я.

Мы неловко постояли друг напротив друга, потом я пошла спать.

На следующее утро, когда отец уехал на свалку, я рассказала маме придуманную историю о том, что университет требует документы об уплате налогов. Она знала, что я лгу. Когда неожиданно вернулся отец и спросил, зачем она копирует документы, мама сказала, что они нужны ей для какой-то цели.

Я забрала копии и вернулась в университет. До отъезда мы с Шоном и парой слов не перекинулись. Он ни разу не спросил, почему я тайком прокралась в собственный дом в три утра, а я не стала спрашивать, кого он ждал посреди ночи с заряженным пистолетом.

Документы пролежали в моем столе неделю, но потом Робин пошла вместе со мной на почту и проследила, чтобы я все отправила. Прошло немного времени, неделя, может быть, две. Я работала в Дрейпере, когда принесли почту. Робин оставила письмо на моей постели с запиской, что теперь я стала «коммунистом».

Я никогда не говорила «Я из Айдахо», пока не покинула его.

Я открыла конверт. Из него выпал чек. На четыре тысячи долларов. Я ощутила алчность – и сразу же испугалась собственных чувств. На чеке был телефон для связи. Я набрала его.

– Возникла проблема, – сказала я ответившей мне женщине. – Я получила чек на четыре тысячи долларов, но мне нужно только тысячу четыреста.

Наступила тишина.

– Алло? Алло?

– Давайте проясним, – сказала женщина. – Вы говорите, что получили слишком много денег? И что вы от меня хотите?

– Если я отправлю его обратно, вы сможете прислать мне другой чек? Мне нужно только тысячу четыреста. Чтобы залечить зуб.

– Послушайте, дорогая! Вы получили столько, сколько вам причитается. Можете обналичить чек или не делать этого. Это ваше дело.

Я залечила зуб. Купила учебники, оплатила жилье – и у меня еще остались деньги.