Преданный

— А что, если я скажу да?

Он встает, разочарованно качая головой. — Любовь — это слабость, Лука. Ты должен отпустить ее, держать её подальше от этой грязи.

С этими словами он хлопает дверью моего офиса.

Ну же, Роза, возьми трубку.

ГЛАВА 62

Роза

Мы приезжаем в клуб, из которого Данте тогда изначально украл меня, и направляемся через запасной выход. Вышибалы кивают нам, пропуская в VIP-зону. Все помещение заполнено черными и золотыми воздушными шарами, на золотых столах накрыты черные скатерти-бегунки. Бутылки дорогого шампанского украшают каждый стол.

Я смотрю на табличку прямо передо мной. «Поздравляем Розу и Данте». И от этого у меня сводит живот."

"Зал гудит от людей. Это просто рой людей, все потягивают свои напитки и заливисто смеются. Празднуем конец моей жизни.

Он дергает меня за локоть. — Улыбнись. Будь той чертовски хорошей лживой, какой я тебя знаю.

Стук шпилек заглушает болтовню, за ним следует раздражающий голос, который я узнаю. Мария.

— Данте, рада тебя видеть!

Я смотрю, как она обнимает его по-дружески.

Она поворачивается ко мне, оглядывает меня с ног до головы и снова поворачивается к Данте. Боже мой, она ""М""?

Я оглядываю комнату в поисках единственного человека, который может помочь мне пройти через это. Лука.

Наши взгляды встречаются, когда он прислоняется к барной стойке. Он кивает мне, и я краснею. Я наблюдаю, как он делает свой заказ бармену, не сводя при этом с меня пристального взгляда.

Гнев вспыхивает на его лице, когда он смотрит мимо меня.

— Роза, — шипит Данте позади меня. Он наклоняется так, что его голова оказывается у меня на плече, его руки обхватывают мои бедра. Я стою неподвижно, даже не дыша.

Я высвобождаюсь из его объятий, а он снова притягивает меня обратно к себе, моя спина ударяется о его твердую грудь. Он смеется.

— Глупенькая девочка.

Он сует мне в руку телефон. — Нажми на кнопку воспроизведение, малышка.

Комната начинает вращаться, когда я нажимаю на маленький треугольник.

Сначала я вижу только вспышку белого и медного. Вид отстраняется и фокусируется, заставляя мой желудок сжаться.

Обнаженное тело моей сестры, испещренное отметинами и синяками. Ее рыжие волосы в беспорядке разметались по спине, а сама она сидит на деревянном стуле задом наперед.

Голая и связанная.

Она начинает биться об веревки, поворачивая лицо, чтобы показать рот, завязанный белой тканью. Я не могу отвести глаз от крови, стекающей с ее лба, и слез, текущих по ее лицу. Желчь обжигает мне горло, когда на экране появляется лицо Данте.

— Передай привет своей старшей сестре, Ева, — ухмыляется он в камеру, выдергивая у нее кляп.

— Роза! — ее голос хриплый и надламывается, когда она кричит.

Я задерживаю дыхание, когда камера приближается.