Преданная. Невеста (СИ)

– Нечего извиняться, вы и не должны знать. Курбан – это большой праздник для всех мусульман. Я же работаю в крымскотатарском центре. Мы стараемся организовать всегда так, чтобы взрослые могли встретиться, деткам тоже было интересно. Чтобы они привыкали к нашим традициям. Любили их. Сафик обожает выступать…

Когда Айлин говорит о своей работе и семье – ее переполняют эмоции. Я проникаюсь к ней все сильнее и сильнее. И, кажется, тоже получаю свое местечко в сердечке, совершенно искренним:

– Получается великолепно. Можно я еще что-то посмотрю?

Щеки Айлин розовеют. Упругие темные локоны щекочут мое плечо, когда она подается ближе, выходит в папку с смешнючим названием «Кызымки» и передает мне телефон.

Детки на выбранном случайным образом видео – правда очаровательные. Не одногодки, танцуют подчас в разнобой, но настолько мило, что невозможно не улыбаться.

Я пересматриваю видео за видео, отвлекшись только раз. Поднимаю взгляд и слежу, как допив свой ликер крупным глотком, Кристина встает с диванчика и показательно величественно выходит куда-то в холл.

Я соврала бы сказав, что первой в голову не приходит мысль, что она пойдет искать моего Славу. Но осаждаю себя. Напоминаю, что я взрослая, трезвомыслящая, а еще у нас с ним доверие.

– Айсель тоже танцует уже, – я возвращаю телефон Айлин. Она бросает вдогонку, покачивая головой. Я хочу отвлечься от мыслей о Крис и попросить показать и младшую дочь тоже, но не успеваю. Айлин слегка хмурится, а потом сжимает мою руку в своих и кладет на свои колени. – Я вам давно сказать хотела, Юля. Но вы как солнышко – то выйдете, то пропадете…

– Я просто… – Нам со Славой просто пока нельзя постоянно быть вместе. В открытую. Но я даже ей этого сказать не могу. Улыбаюсь.

– Я очень рада, что вы у него есть. И что вы находите решения проблем.

Она смотрит мне в глаза. Я немного теряюсь. Мне кажется, она знает больше, чем я думала. О нас. Обо мне. Даже о Славе.

– Я видела, что ему было плохо, – убеждает меня в том, что не кажется. В грудную клетку прилетает тупой удар. Мне до сих пор очень-очень больно вспоминать, к чему привела наша недосказанность. Я до сих пор чувствую вину.

Я хотела, чтобы ему было плохо. А теперь…

Айлин улыбается. Я в ответ не могу.

– Мужчины… Они не всегда нас понимают без слов. Да даже со словами не всегда. Но вы с ним говорите, Юль. Слава очень восприимчивый. – Айлин улыбается шире. Головой качает, что-то вспомнив. – Он сказал, что с платьем промахнулся. А я еще тогда поняла: милый, ты не с платьем… Ты в чем-то другом…

Во мне поднимается маленькая буря. Мне вдруг хочется с Айлин поделиться всем. Она вызывает безграничное доверие. Еле держусь.

Тоже улыбаюсь. Осознаю, что на глазах выступают слезы. Вдруг. Откуда?

– Там не он промахнулся, Айлин. Но уже все хорошо.