Право первой ночи

И они нас потом нагонят… Меня не смутила ни лишняя вьючная лошадь, ни ранение Ирдена, ни свежие ссадины на лицах мужчин. Все это время я была слишком занята собой. Упивалась жалостью к себе, строила планы побега…

Марка на посту сменил Кайред, а я отправилась смывать краску с волос.

Я кусала губы, по лицу текли слезы. Мне было безумно жалко Рида и Нэйла. А еще теперь Шейрана Ферта я боялась так, как никогда до этого. Хотя, казалось, куда уж больше.

Привела мысли и чувства в порядок я только к утру. Как раз к тому времени высохли волосы, и я закончила оттирать краску с лица и рук.

— Посмотри на меня, — попросил виконт.

Медленно повернулась. Ферт сидел на корточках на берегу озера и, насмешливо прищурившись, меня разглядывал.

— Рыжей тебе было лучше, — наконец вынес вердикт коршун."

"Так и хотелось ляпнуть: «Значит, хорошо, что я перекрасилась». Но вовремя прикусила язык.

— Хотя так тоже ничего, — добавил Шейран. — Правда, кожа слишком бледная и веснушки у черноволосых редко бывают… Ну-ка, дай сюда. — Мужчина отобрал у меня смоченную в зелье тряпицу. Затем прикоснулся к моему лицу.

Испуганно отшатнулась и чуть не свалилась в озеро. Ферт успел поймать меня за локоть.

— Не дергайся, не съем я тебя, — усмехнулся виконт. — У тебя все лицо в темных пятнах. Увидит какой-нибудь бдительный эрлаец твою мордашку и решит, что ты хворая да еще и заразная, стражу кликнет. Оно нам надо?..

Я тихо недоумевала, чего это Ферт вдруг таким заботливым стал.

Глава 11

По мере того как мы приближались к побережью, и климат и погода неуловимо менялись.

Непроходимые леса с редким вкраплением полей сменила холмистая равнина, которую, как пучки волос на лысине, украшали небольшие рощицы.

Несмотря на то что мы все время ехали на юг, стало немного прохладнее — с моря дул свежий соленый ветер. В небе кружили белокрылые чайки.

Почти все поля, через которые проходила дорога, были распаханы, на тех же, которые минула сия участь, паслись тучные стада. Куда ни кинь взгляд, всюду вились дымки из печных труб — будь то одинокие кособокие домишки, хутора, деревни или большие села.

В полдень начал моросить дождь, который к вечеру превратился в косой ливень. Все давно промокли до нитки. Струи холодной воды нещадно били в лицо, но мои похитители и не думали о том, чтобы остановиться, переждать непогоду, они все так же подгоняли коней.

К Грейдену мы подъехали, когда уже смеркалось. Дождь к тому времени стих, превратился в противную морось. Впрочем, мне было уже все равно. Я устала, промерзла до костей и, судя по ряду признаков, кажется, заболевала.