Первое правило дворянина

— Ну да, к вам стали обращаться немощные бездетные дворяне, чтобы вы вступились за них и восстановили их поруганную честь, — кивнул граф. — Вы стали бретером.

— Я бы сказал иначе — я стал борцом за справедливость! — хохотнул Киреев. — Более того, я даже стал получать удовольствие от этого процесса.

— Вы прямо рыцарь в сияющих доспехах! — улыбнулся граф. — Вот только не любите совершать подвиги безвозмездно.

— Андрей Алексеевич, я же должен где-то жить и что-то есть, верно? Я и в Академию поступил, чтобы иметь возможность тратиться.

— Насколько мне известно, все ресурсы, которые добываются в результате войны, идут на благо империи, а в вашем случае...

— Вот только не нужно сейчас взывать к моему патриотизму и совести, ваша светлость — со мной это не работает. К тому же, моя личная жизнь вас не касается. Может быть, вы все-таки расскажете, зачем я вам нужен? Если честно, этот разговор начинает мне надоедать.

Андрей Алексеевич постучал пальцами по столу, размышляя с чего бы ему начать, посмотрел на своего непутевого отпрыска и сказал:

— Думаю история вполне привычная для вас, подобных вы слушали десятки. Но если вкратце, то дело обстояло так. Несколько дней назад мой сын Иван возвращался из Казанского княжества, где был в деловой поездке. — граф посмотрел на поникшего виконта. — В последний вечер пребывания на теплоходе у него вышел конфликт с каким-то торговцем и его сестрой.

— Кто такие? — спросил Киреев.

— Сейчас это не суть важно, — недовольно отмахнулся граф. — Мне на них решительно плевать. Вопрос в другом. За торговца вступился некий молодой дворянин, который избил моего сына, — виконт несколько раз шмыгнул носом и демонстративно дотронулся до пластыря. — Пользуясь своим превосходством в умении махать кулаками, негодяй сломал моему мальчику челюсть и выбил три зуба. Теперь я хочу, чтобы вы наказали этого человека. Мне кажется все довольно просто.

— Ну да, пока сложного ничего нет, — кивнул Яков. — Но у меня есть вопрос: кто этот дворянин? Мне не нужны лишние проблемы.

— Вот здесь как раз никаких секретов нет — обидчика моего сына зовут Владимир Соколов. По моей информации он сейчас проходит обучение в Академии, — сказал граф. — Как видите, обратиться к вам в этой ситуации было бы самым простым вариантом. Что скажете, вам известен человек, о котором я веду речь?

— Соколов Владимир? — усмехнулся Киреев. — Разумеется! В Академии только о нем и говорят в последнее время!

— Надо же, — недовольно вскинул бровь Гедеонов. — И чем же вызван такой интерес?

— Дерется хорошо, преподаватели его хвалят, девки ему глазки строят, — Яков поболтал вином в бокале и залпом его выпил. — Хотя лично мне он не нравится. Терпеть не могу выскочек.