Правила счастливой свадьбы

Мадам оперлась рукой о конторку, за которой составляла счета и вела бухгалтерскую книгу, что избавило ее от необходимости предлагать Пушкину сесть. Так мило ему намекнули, что мадам не слишком опечалится, если чиновник сыска уйдет как можно скорее и больше не появится.

– Что же вас привело? Я ведь все-все рассказала господину приставу…

– У вас дочери, одной пятнадцать, другой примерно тринадцать, – сказал Пушкин, глядя на салонный портрет. Фотография стояла на полке позади конторки, между подшивками старых журналов мод. На снимке Вейриоль сидела в старинном кресле, на коленях держала девчушку в светлом платьице; другая, постарше, касалась ее левого плеча. Фотография сияла золоченой рамкой."

"Мадам не ожидала такого вопроса, но быстро поняла, на что смотрит полицейский.

– Да, мои девочки, смысл моей жизни… Ради них живу и тружусь не покладая рук…

– Делаете взносы в кассу взаимопомощи невест мадам Капустиной…

Вопрос был задан как утверждение. Вейриоль старательно улыбнулась.

– Все-то полиции известно… Вы правы, мне надо думать о будущем моих девочек, кроме меня, им некому помочь… Вот коплю на приданое…

– Госпожа Капустина сама предложила?

– О, это было давно, почти сразу после их рождения, уже не помню… А почему вас это интересует?

– В котором часу госпожа Капустина заходила к вам?

Вейриоль совсем не нравилось, как смеет разговаривать с ней этот господин. Но надо терпеть. Она глянула на часики, висевшие на золотой цепочке.

– Где-то до полудня…

– До того, как в салон пришла мадемуазель Юстова?

– Кажется… Нет… Да, вспомнила, Тая уже зашла в примерочную…

– Зачем заходила Капустина?

– Спросить о платье своей невесты…

– Кого именно?

Разговор все больше походил на допрос. Вейриоль решила, что с нее достаточно, и перестала улыбаться.

– Господин Пушкин, вы не находите, что ваши вопросы довольно странны для такого места, как модный салон…

– Желаете получить их в сыскной полиции? – последовал ответ.

Не хватало только оказаться в сыске. Что подумают клиентки? Вейриоль смирилась с неизбежным.

– О, я ничего дурного не имела в виду… Конечно, отвечу на любой ваш вопрос…

– Отвечайте, – сказал Пушкин не слишком вежливо, зато по существу.

– Ах да… Фекла Маркеловна пришла, чтобы справиться о платье Астры Бабановой…

– Зачем?

– Но ведь она ее сваха, это так объяснимо… Фекла Маркеловна знает свое дело, хочет, чтобы в этой свадьбе все было идеально…

– У мадемуазель Бабановой была намечена примерка. Капустина ждала ее?

Вейриоль немного растерялась. Покрутив цепочку с часиками, она посмотрела на циферблат.