Игра без правил

– Точнее, следовало назначить встречу на более позднее время. Может, он уже был тут, но уехал?""

Стоявший рядом с ним Кудинов пугливо озирался.

Он явно боялся быть замеченным в компании Рублева.

Незадачливый водитель автобуса Рублеву был совершенно не нужен, даже наоборот, создавал массу проблем, но Комбат просто не смог придумать, каким еще образом помешать ему вторично позвонить Кутузову и предупредить его о готовящейся западне. Не убивать же его, в самом деле!

– Не трясись так, – сказал Рублев своему подневольному спутнику, – землетрясение начнется.

Тот выдавил из себя бледное подобие улыбки. Он не вызывал у Рублева никакого сочувствия, но в одном, несомненно, был прав: торчать здесь на виду у всех действительно было неразумно. Следовало поискать укрытие, и оно немедленно нашлось: в двух шагах от них обнаружилось небольшое кафе, окна которого выходили на улицу. Там можно было, оставаясь назамеченными, следить за подъезжающими автомобилями, и Комбат повел своего пленника туда, по дороге проверяя, на месте ли бумажник. ""Что за жизнь, – подумал он, изучая меню в кафе, – насколько все-таки проще было в том же Афганистане! Если тебе понадобилось укрытие, ложись за камень, и все дела. Надежно и, главное, бесплатно. ""

Чая в меню не оказалось. Рублев заказал две чашки кофе и успел допить свою почти до конца, когда Кудинов легонько толкнул его локтем в бок.

– Кутузов, – сказал он, одними глазами указывая в сторону окна.

Комбат выглянул на улицу и увидел черный приземистый ""Хаммер"", припарковавшийся на противоположной стороне улицы. Видеть эту стальную жабу в центре города было немного дико. Он смотрелся бы уместнее где-нибудь в пустыне или в выжженной солнцем горной долине. Правда, там ""Хаммеры"" не были такими блестящими и черными, их камуфляжная раскраска скрывалась под толстым слоем серой дорожной пыли, а борта были исчерчены ветками и зачастую исклеваны пулями.

– Крутой у тебя приятель, – сказал Рублев Кудинову, вставая из-за столика.

– Что мне делать? – спросил Кудинов, тоже поднимаясь и глядя на Рублева тоскливыми глазами.

– Погуляй по городу, а потом отправляйся домой на двенадцатичасовом дизеле, – посоветовал Рублев, – И не вздумай трогать доктора. Он сам помрет, от страха.

Кудинов снова тоскливо улыбнулся, глядя в сторону.

– И вот что, Павел, – сказал ему напоследок Борис Иванович. – Учти: если попробуешь выкинуть какой-нибудь фокус, кому-нибудь позвонить, о чем-нибудь предупредить.., не советую. Разговор у нас с тобой тогда получится совсем другой. Короткий будет разговор.

Не дожидаясь ответа, он вышел из кафе.