Позволь мне согреться

Вновь демонстративно подцепила труп на совок и выкинула через окно в сад. Кот с хмурым выражением на морде проследил за «полетом» своего подношения и уже более робко и неуверенно подвинул миску лапой ко мне. Святая Тьма, а он понятливый, как мне кажется.

Кот, как я его назвала, оказался еще и пунктуальным – разбудил меня за несколько минут до стука в дверь. Молочник принес молоко, сливки, сметану и яйца. Еще через пять минут зеленщик порадовал отборными овощами и свежесрезанной зеленью. Сосед-лавочник, как обещал, передал поставщикам мою просьбу. Заодно я с ними познакомилась и договорилась, что и сколько буду покупать дальше.

Вскоре мы с Котом сытно и с удовольствием завтракали, ему досталась вчерашняя каша со сливками, а мне – пышный, посыпанный зеленью омлет. Утро расцветало яркими и радостными красками. Я всего пару дней в столице, а уже с личной квартирой и почти налаженным бытом, даже котом обзавелась."

"На службу я отправлялась под присмотром довольного, сытого Кота, наверное, на радостях успевшего вылизаться с головы до ног, пока собиралась. Он опять, явно привычно, забрался на банкетку и свернулся там калачиком, не забывая подсматривать за мной ярко-зеленым глазом. У меня в груди потеплело: я теперь не одна, есть живое существо, которое будет ждать меня с работы и провожать по утрам.

К первому рабочему дню я основательно подготовилась. Ведь не зря говорят, по одежке встречают, а по уму провожают. Поэтому важно произвести первое благоприятное впечатление. Сегодня я выбрала более нарядную одежду: белоснежную блузку с пышным жабо и кружевными манжетами, которые выглядывали из-под рукавов темно-синего приталенного жакета с затейливыми серебряными крючками-аграфами вместо пуговиц, рукавами-фонариками, чуть зауженными книзу. Кружевная отделка блузки придала строгому фасону жакета элегантности. Утонченный деловой образ идеально дополнила длинная, в складку, фиолетовая юбка, которая, как положено по этикету, на ладонь выше подошвы, чтобы не собирать городскую грязь и прикрывать женские ножки. Руки плотно облегали тонкие, ажурные, в тон жакету перчатки. На голове у меня красовалась черная шляпка с прямыми полями среднего размера и невысокой жесткой тульей в форме цилиндра, украшенной бело-сине-фиолетовой атласной лентой в цвета моего наряда.

Взяв с собой зонтик-трость и ридикюль, подмигнув Коту, я вышла из дома. Этим утром улица Маршала Бибирико, теперь уже моя, виделась иначе, чем вчера, роднее что ли. Прятать за вуалью глаза я не стала, пусть горожане привыкают к медиуму; чуть приподняв подбородок, с легкой улыбкой, коротко раскланивалась с соседями, тоже спешившими по делам.