Координата поврежденности

Можно признаться в любви, но, увидев сожаление или отвращение в чужих глазах, спасти ситуацию с помощью «шучу», выставив себя пусть и клоуном, но зато сохранив остатки достоинства. «Шучу» – любимое оружие трусов, лицемеров и хитрецов. Мин многократно прикрывался волшебным словом, и никто не улавливал, насколько серьезен он был.

Осведомленность Лайта обезоруживала, и чтобы еще один секрет не уплыл из его рук в загребущие лапы докторишки, он попытался поскорей закрыть тему. Этот парень вызывал в нем страх быть раскрытым. Уже в который раз, между прочим.

– Так что тебе подарить? Мы вовремя стали друзьями. Иначе тебе бы вряд ли понравился мой подарок, если бы я все еще тебя ненавидел. – Желание скрыть собственные чувства заставило Мина перескочить на тему, которая волновала его ранее, но не так, как очередной разговор о себе и отце.

– Ты меня поймал. Я тайно замышлял это с самого первого дня: задумал покорить тебя ради подарка, а твоя безумная подружка подвернулась как нельзя кстати, – в словах Лайта слышалась смесь колкой иронии и легкого раздражения.

– Тогда, боюсь, мой подарок должен быть внушительным, учитывая ситуацию, – усмехнулся Мин на последние слова парня.

– Ты такой смешной, не могу. Если без шуток, не парься об этом.

– Что обычно дарят тебе друзья? – все же настоял он.

– Эм-м-м… да по-разному. Аксессуары для инструментов или мангу, да всякое. Не выношу эти вопросы, если честно. Начинаю чувствовать, словно я вымогаю у людей что-то, когда меня спрашивают об этом. Не просто так говорят же: «Главное не подарок, а внимание».

– Тебе нужно мое внимание? Я польщен.

– Заткнись. – Лайт улыбнулся ему. – Из-за тебя я опаздываю. Все бы сейчас отдал, чтобы еще чуток поспать. Сможешь исполнить это желание в качестве подарка? Если нет, тогда я побежал.

И с этими словами ушел.

Сегодня Мину не нужно было идти в университет, поэтому он уже знал, чем займется. Вчера позвонила Мара: она смогла добыть данные из учреждения, куда отправили Нану. По крайней мере, уже подтверждение этого радовало. Поэтому Мин поехал в бар, в который после похищения намеренно не захаживал. Он перестал злиться на стервозную владелицу и страстно желал закопать пережитое безумие в недрах памяти, как только убедится, что дело закрыто окончательно. Ведь ему удалось пережить ужасы и похуже.

Хотя вопрос с Макао продолжал оставаться открытым. И все же казалось маловероятным, что преступник будет снова искать с ним встречи, ведь того разыскивали теперь не только в Макао, но и в Бангкоке.

Когда Мин добрался до места, Мара с улыбкой чеширской кошки протянула ему тонкую папку. Внутри лежал распечатанный документ – врачебные заметки из медицинского центра в Калифорнии.