Повесть о суровом друге

Ко мне донеслись слова:

- Господа, война до победного конца! С богом, вперед!

Я узнал того самого кадета, с которым столкнулся в его доме в день свержения царя. Теперь, с шашкой, он казался еще страшнее. Голос у него был властный - не хочешь, испугаешься.

Кадет с ходу въехал в самую свалку, высоко поднял шашку.

- Да здравствует Александр Федорович Керенский! Ура! - выкрикнул он и чуть не упал с лошади, которая, испугавшись чьей-то палки, отпрянула в сторону.

Кадет сильно натянул повод и успокоил коня. С важным видом он подъехал к Ваське. Мы замерли. Остановились и враги.

Перед армиями лицом к лицу встретились двое командующих.

Кадет привстал на стременах, оглядел нас и спросил:

- Ну-с, кто тут свободы хотел?

Кадет вскинул шашку и повторил:

- Подходите, буду свободу выдавать!

Сенька, стоявший позади, хмыкнул в кулак.

Кадет все время делал вид, что не замечает Ваську. И вдруг, будто нечаянно увидел, посмотрел на него свысока, скривил губы в усмешке. Острым концом шашки он поддел и сбросил с Васькиной головы картуз.

- Это ты, что ли, сапожник Васька? А ну, повторяй за мной: «Да здравствует Александр Федорович Керенский!»

Васька сжался, готовясь к прыжку.

Кадет занес шашку, холодно блеснувшую в лучах солнца.

- Я тебе что приказываю, мерзавец? Кланяйся мне в ноги, ну?

Нет, что ни говори, а Васька был красивее кадета. Тот был какой-то плюгавый, а Васька - богатырь! Он смотрел на кадета исподлобья и молчал, держа прут обеими руками. Его загорелые плечи отливали медью.

Я боялся за Ваську: вдруг кадет рубанет сдуру по голове.

- Последний раз предупреждаю! - повелительно произнес Генька Шатохин. - Повторяй за мной: «Да здравствует...»

- На что мне сдался твой вшивый Керенский! - сказал Васька, поднял прут и воскликнул: - Да здравствует Ленин!

- Ур-ра!.. - подхватили мы.

Кадет ударил Ваську шашкой плашмя. Васька присел, но не от удара, а чтобы самому ловчее размахнуться. Он так стеганул прутом по морде лошади, что кобыла взвилась на дыбы. Кадет съехал набок, судорожно обхватив руками и ногами туловище лошади. Шашку он выронил.

Васька схватил кадета за ногу и сдернул на землю.

Лошадь ускакала. Кадет потянулся было за шашкой, но Васька наступил на нее ногой.

Заложив два пальца в рот, наш командир пронзительно засвистел.

Мы бросились на врагов. Уча подскочил к знаменосцу, сбил его на землю и вырвал флаг. Кадеты побежали. Сенька-«силач», отступая, махал вокруг себя топориком и почему-то громко кричал:

Кадетский барабанщик испуганно поднял руки:

- Сдаюсь, сдаюсь...

Ребята налетели, сбили Сеньку и взяли его в плен.

Доблестная наша армия под командой разгоряченного Учи с криком и свистом преследовала противника, а мы, телохранители Васьки, стояли около него.