Джентльмен-повеса

Теперь она до него не дотянется.

— Сомневаюсь, Мария.

— Но ведь я не видела тебя уже много месяцев. — Мария капризно надула губы. И как ему могла раньше нравиться такая идиотская гримаса? Леди Ноутон исполнилось тридцать. Стара уже, чтобы играть в детские игры.

— Два месяца, если быть точным. И я тогда ясно дал тебе понять, что наша связь окончена.

— Но я…

— Мария, вместе со мной твоей благосклонностью пользовалось еще не меньше двух мужчин. Так что, когда мы расстались, ты не могла пожаловаться на одиночество. — В принципе он не имел ничего против того, чтобы делить любовницу с кем-то еще, но в какой-то момент это стало неприятным. — Разве Фортингли и Холтингтон тебя тоже бросили?

— Нет, но…

— Да и Брентвуд, судя по всему, присоединился к компании.

— Да, но…

— И ты носишь бриллианты, которые, насколько мне известно, ты купила на деньги, оставленные мною в качестве прощального подарка. — Именно они были на ее шее. По мнению Стивена, эти драгоценности были слишком аляповатыми, но Мария всегда любила крупные и блестящие украшения.

— Они красивые. — Мария нежно погладила камни. — Но это вовсе не значит, что я не скучала по тебе. А ты вспоминал меня?

— Нет.

Мария была явно удивлена его прямотой, но взяла себя в руки и беззаботно рассмеялась:

— Возможно, ты этого не осознавал. И владевшее тобой чувство неудовлетворенности подтолкнуло тебя к такой скоропалительной помолвке. Чем еще можно объяснить скандальное поведение? Подумать только, целовать женщину на улице. — Она покачала головой. — Если тебе понадобилась женщина, ты всегда мог прийти ко мне.

Стивен даже немного растерялся, не сразу сообразив, что на это ответить.

— Ты, как всегда, слушаешь сплетни, Мария. Нельзя же верить всему, что говорят в обществе.

— Значит, на самом деле ты не помолвлен? Я же говорила Уолли…

— Уолли?

— Маркизу Брентвуду. Я ему говорила, что все это обман.

— Нет, этой части сплетен ты вполне можешь верить. Леди Энн и я действительно помолвлены. Можешь пожелать мне счастья.

Мария выглядела так, словно пожелания счастья застрянут у нее в глотке. Интересно, почему ее так разбирает? Да, тогда, в феврале, она убедила себя, что хочет выйти за него замуж. Но теперь у нее есть Брентвуд. А у этого негодяя — титул.

— Конечно, я надеюсь, что ты будешь счастлив. — Точно таким же тоном обычно желают врагам провалиться сквозь землю.

— Спасибо. А теперь, надеюсь, ты извинишь меня…

Она схватила его за рукав:

— Сейчас начнётся очередной танец. Давай потанцуем — отпразднуем твои хорошие новости.

— Мария…

— О, Стивен, не будь таким мрачным! Я же не приглашаю тебя в свою постель. Речь идет только об одном танце.

При такой постановке вопроса было бы странным, если бы он отказался с ней танцевать.