Повенчанные временем

– Не вставайте, – предупредила она, но Дайон все равно успел вскочить, как того требовали правила приличия. – Вернее, присаживайтесь.

– Спасибо. – Он снова опустился на бревно, на котором сидел до прихода девушки. Она помолчала, сосредоточенно рассматривая маленькие язычки пламени.

– Вы что-то хотели? – спросил герцог.

Девушка устало потерла виски.

– Пожалуйста, помолчите, – попросила она. – Я пришла извиниться, но я не умею извиняться, у меня это плохо получается.

– Тогда не начинайте, – на полном серьезе посоветовал герцог, хотя уголки рта невольно подрагивали от тщательно сдерживаемой улыбки. Виола покачала головой.

– Я должна это сделать. Анри все рассказал. Вы не только пытались отговорить его от безумства, но и спасли ему жизнь. – Она прикусила губу, а потом тряхнула головой и решительно закончила: – Так что я должна поблагодарить вас!

– Не стоит, если это не доставит вам удовольствия. – Дайон не смог сдержаться и не поддеть ее.

Девушка взглянула на него, гневно сверкнув глазами."

"– Ну что вы за человек?! – с укором произнесла она. – Вы же видите, что мне трудно! Могли бы и помочь! Или, хотя бы, помолчать!

Ее возмущение было настолько искренним, что герцог не выдержал и рассмеялся. Девушка вспыхнула и хотела вскочить, но он удержал ее за руку.

– Простите, но у вас действительно плохо получается приносить извинения, – улыбнулся он.

– Я же вас предупреждала, – проворчала Виола, даже не пытаясь выдернуть ладонь.

– Тем ценнее ваш поступок. – Герцог ободряюще улыбнулся. – Делать то, что не нравится, всегда тяжелее.

– Говорите так, словно у вас большой опыт.

– Не поверите, колоссальный! Я почти всю сознательную жизнь делаю то, что мне не нравится.

– Вот как? – Виола заинтересованно взглянула на собеседника. – И вы никогда не пробовали хоть что-то изменить?

– Это невозможно, – покачал головой Дайон. Он не стал говорить, что от его действий зависит судьба всего герцогства, но невысказанные слова отдавали горечью.

– В мире нет ничего необратимого! – пылко возразила Виола.

– Смерть, – напомнил ей Дайон и сразу же пожалел об этом. Девушка снова отвернулась к костру.

– Вы правы…

Герцог тяжело вздохнул, понимая, что невольно затронул все еще бередящую рану. Сам он давно свыкся со смертью родителей, слишком уж много лет прошло с той поры. Но для Виолы все случилось совсем недавно.

Внезапно Дайон с тоской подумал, что, перенесись он на два года раньше, смог бы поговорить с отцом, спросить совета… Герцог горько усмехнулся: и тут не повезло. Рука все еще покоилась поверх ладони Виолы. Он чуть сильнее сжал пальцы, пытаясь не то приободрить девушку, не то просто разделить с ней горечь потерь. Она вздрогнула и недоуменно посмотрела на него.