В огне повенчанные

Что стало с ним? Неужели его не вынесли? Ведь он был тяжело ранен… На моих глазах его подхватили бойцы пулеметной роты и на руках, бегом, понесли вперед, следом за черноморцами…»

…Лицо Вакуленко залито кровью… Отряд знаменосцев редеет на глазах. Противогазную сумку со знаменем несет Богров-младший. Среди бойцов, несущих генерала, Казаринову бросился в глаза грузный пожилой полковник. Он видел его всего лишь один раз, когда дивизия стояла на Днепре. Много хорошего Григорию рассказал о нем Богров-старший. На Ламе, в июле, у Богрова-старшего состоялся серьезный разговор с этим полковником, но по какому поводу – Богров умолчал. Сказал лишь, что полковник занимает высокий пост в штабе армии и в прошлом – унтер-офицер русской армии, участник Первой мировой войны, георгиевский кавалер… За Халхин-Гол получил орден Красного Знамени. А вот фамилию полковника Григорий тогда не спросил у Богрова. Тяжело дышит полковник. Трудно ему поспевать за молодыми. Он тоже, кажется, ранен. Его левая рука висит плетью, в правой он держит пистолет и отдает команды бойцам, несущим генерала.

…В центре горящего села, куда первыми ворвались матросы, а за ними второй батальон, бой стал еще ожесточеннее. Слева, из-за церкви, подошли танки и прямой наводкой начали бить по скоплениям пехоты, рвущейся вперед. «Где же наши пушки?.. Где они застряли?.. Гаубицы – понятно, их бросили при первом броске… Но где сорокапятки?.. Ведь они шли в боевых порядках первого эшелона?»

…И снова бойцы второго батальона и черноморцы с гранатами и бутылками с зажигательной смесью, потеряв над собой всякий контроль и утратив полностью чувство самосохранения, бросились на вражеские танки. На площади перед церковью пылает пять танков. Два танка подожгли у церковной ограды, где в нишу часовенки вмурована икона с распятием Христа.

Правая щека Егора залита кровью. Он передал сумку со знаменем Иванникову. «Неужели тяжело ранен?» – успел подумать Григорий, но в этот момент выскочивший из-за часовенки немецкий солдат небольшого роста полоснул в его сторону очередью из автомата. Пули прошли над самой головой. Григорий прицелился в немца, но его опередил Альмень. Немец всплеснул руками, попятился назад и выронил автомат. Схватившись обеими руками за живот, упал на колени и ничком рухнул на землю.

Из горящего танка у часовенки с распятием Христа выскочили через задний люк два танкиста. Пригибаясь, они с проворством кошки кинулись в темень церковного двора, где вырисовывались контуры крестов над старыми могилами. Следом за танкистами бросился Богров-младший. Вот он уже настиг одного из них… «Но почему он не стреляет?.. Неужели кончились патроны?.. Бери же его на штык!.. Ведь он успеет повернуться, и тогда…»

И откуда только берутся силы?..