Пристойное поведение

 — Ты хотела гарантий? Вот тебе мои гарантии. Других у меня нет. Если бы мне было на тебя ровно, мы бы давно переспали. Терпи, Вероничка, — он снова улыбается, минута откровения закончилась. Я отворачиваюсь, а он обнимает со спины, прижимает к себе. Мои бедра плотно прижаты к его паху, его ладони на моей груди, пальцы касаются сосков, отчего я захлебываюсь в удовольствии. Он признается мне в любви. Улыбаюсь, как дурочка. Он мой. Мой. Родной, хороший, самый лучший. Я нужна ему просто спящей рядом. Ему нравится сама мысль, что я буду его женщиной. Наши чувства выдержат. Мы порушим нахрен статистику.

Я не хуже его жены. Лучше. Пусть я буду спать с чужим мужчиной, но сделаю это по большой любви, а уж никак не назло кому бы то ни было, тем более — мужу.

* * *Лошадка подо мной старенькая, усталая от жизни, взгляд у нее практически такой же флегматичный, как у Галины Егоровны. Всем своим видом животинка как бы говорит: «Чего? Да я скорее усну стоя, чем пущусь в галоп и сброшу тебя у обрыва. Дайте поесть».

Идеально. Мне это подходит. Для верховой прогулки по местному природному заповеднику я выбрала самую безопасную на вид кобылу, как гарантию возвращения из экскурсии в целости и сохранности. В детстве папа водил меня на ипподром. Он и сейчас любит лошадей, частенько заглядывает на скачки, умеет неплохо держаться в седле. И пусть из-за страха высоты данный вид развлечений меня скорее отталкивал, чем привлекал, — помню, изо всех сил делала вид, что разделяю его увлечение, пытаясь понравиться. Потом привыкла. Несколько раз с удовольствием ездила верхом с подружками, но это было давно, лет десять назад. Уверенности, что я не забыла, как управлять лошадью, нет, поэтому мы с Маркизой и оказались в одной команде.

Озерский, разумеется, верхом чувствует себя весьма уверенно, нетрудно догадаться почему. Когда-то в детстве он был в восторге от наших «Неуловимых мстителей», а хороший актер — универсальный актер. Вдруг бы решили запустить перезагрузку, а он не подходит для роли из- за отсутствия соответствующих навыков? Маленький Егорка Озерский учился всему, что могло пригодиться для роли. Его упорству стоило бы позавидовать.

— А петь ты умеешь? — спрашиваю.

— Что? А, нет, слуха нет, не получилось развить даже малейшие музыкальные способности. Но у меня неплохое чувство ритма.

— Вальс?

— А то, — наши лошадки шагают параллельно, проводник в нескольких метрах впереди, не мешает беседовать. Егор выглядит немного рассеянным, подозреваю, мыслями он на работе.

— Ритм кроется повсюду, важно увидеть его, почувствовать, — он щелкает пальцами, затем еще раз и еще. — В жизни, работе, сексе. Когда его ловишь — все получается.

— На свадьбе вы… танцевали вальс?

— Танцевали, — отвечает он. Вот дура, сама спросила — сама расстроилась.