Гарри Поттер и Кубок Огня

На слове «Свин» Гарри вытаращил глаза, а затем посмотрел на крошечную птичку — та сосредоточенно наворачивала круги вокруг люстры. Никогда он не видел ничего менее похожего на свинью. Может, не разобрал почерк? Он продолжил читать:

Мы тебя заберём в любом случае, нравится это муглам или нет, не пропускать же тебе кубок, только мама с папой сказали, что для приличия надо сначала спросить. Если муглы скажут «да», срочно посылай Свина обратно с ответом, и мы заберём тебя в пять часов в воскресенье. Если скажут «нет», срочно посылай Свина с ответом, и мы всё равно заберём тебя в пять часов в воскресенье.

Гермиона явится сегодня после обеда. Перси пошёл работать — в департамент международного магического сотрудничества. Пока будешь у нас, ни слова про заграницу, а то он занудит тебя так, что от скуки штаны сползут.

Увидимся!

Рон— Да угомонись ты! — прикрикнул Гарри. Совёнок трепыхал крылышками у него над головой и отчаянно клекотал от (только и мог предположить Гарри) гордости: он сумел не просто доставить письмо, но к тому же по назначению. — Иди сюда, понесёшь обратно ответ!

Совёнок плюхнулся на клетку Хедвиги. Та смерила его ледяным взором — мол, только посмей приблизиться.

Гарри схватил орлиное перо, чистый лист пергамента и написал:

Рон, всё в порядке, муглы разрешили. Увидимся завтра в пять. Я не доживу!

ГарриОн скатал записку в комочек и привязал его к крошечной лапке — с превеликим трудом, потому что совёнок подпрыгивал на месте от нетерпения. Как только записку приладили, совёнок взмыл в воздух. С бешеной скоростью он вылетел в окно и был таков.

Гарри повернулся к Хедвиге:

— Как насчёт долгого путешествия?

Хедвига с достоинством ухнула.

— Отнесёшь это Сириусу? — попросил Гарри, взяв письмо. — Подожди... я только закончу."

"Он развернул пергамент и торопливо добавил постскриптум:

P.S. Если захочешь со мной связаться, я буду у Рона Уизли до конца лета. Его папа достал билеты на финал квидишного кубка!

Закончив письмо, он привязал его к лапке Хедвиги; та держалась на удивление чинно, будто желала показать, как должна себя вести настоящая почтовая сова.

— Возвращайся к Рону, я буду у него. Хорошо? — сказал Гарри.

Она любовно ущипнула его за палец, а затем с мягким шелестом расправила огромные крылья и бесшумно вылетела в окно.

Гарри проводил её взглядом, а потом заполз под кровать, отодвинул  половицу и достал большой кусок именинного пирога. Он ел, сидя на полу, и его переполняло небывалое счастье. Он ест пирог, а Дудли — паршивый грейпфрут; сегодня солнечный летний день, завтра Гарри отсюда уедет, шрам больше не болит, и скоро квидишный финал. Сейчас почти невозможно было нервничать — даже из-за Лорда Вольдеморта.

Глава четвёртая.