Гарри Поттер и Кубок Огня

— Чемпионом «Дурмштранга», — возвестил он звучным, ясным голосом, — объявляется Виктор Крум!

— А кто ж ещё! — заорал Рон.

Зал взорвался радостными криками и аплодисментами. Гарри увидел, как Виктор Крум встал из-за стола «Слизерина» и, сутулясь, поплёлся к Думбльдору, повернул направо, прошёл вдоль учительского стола и исчез за дверью в задней комнате.

— Браво, Виктор! — прогудел Каркаров так громко, что все услышали его, несмотря на грохот. — Я знал, ты сдюжишь!

Возгласы и овации стихли. Внимание присутствующих переключилось на Кубок, и пару секунд спустя огонь покраснел вновь. Вращаясь в языках пламени, из Кубка вылетел второй кусочек пергамента.

— Чемпионом «Бэльстэка», — сообщил Думбльдор, — объявляется Флёр Делакёр!

— Это же она, Рон! — завопил Гарри.

Девочка, которая так сильно напоминала вейлу, изящно встала из-за стола, откинула назад густую завесу серебристых волос и грациозно прошла между столами «Вранзора» и «Хуффльпуффа».

— Смотрите, как они все расстроились, — в поднявшемся шуме сказала Гермиона, кивая на остальных бэльстэковцев.

«Расстроились» — это слабо сказано, подумал Гарри. Две девочки горько рыдали, уронив головы на руки.

Флёр Делакёр скрылась в задней комнате, и в зале снова воцарилась тишина, на сей раз так сгустившаяся от эмоций, что её, казалось, можно попробовать на вкус. Очередь за «Хогварцем»...

Кубок Огня вновь покраснел и заискрил; в воздух выстрелил длинный язык пламени, и с его кончика Думбльдор снял третий обрывок пергамента.

— Чемпионом «Хогварца», — выкрикнул он, — объявляется Седрик Диггори!

— Нет! — громко простонал Рон, но этого никто, кроме Гарри, не расслышал — такая яростная буря поднялась за соседним столом. Все хуффльпуффцы, визжа и вопя, повскакали на ноги, а Седрик, с широченной улыбкой на устах, прошёл мимо них, вдоль учительского стола и в заднюю дверь. Овации продолжались очень долго, и прошло порядочно времени, прежде чем Думбльдору снова удалось заговорить.

— Прекрасно! — ликующе воскликнул он, когда замерли последние крики. — Что ж, три чемпиона у нас теперь есть. Я не сомневаюсь, что каждый из вас, включая неизбранных учеников «Бэльстэка» и «Дурмштранга», будет изо всех сил за них болеть. Тем самым вы внесёте поистине неоценимый...

Но Думбльдор вдруг замолчал, и всем сразу стало ясно почему."

"Огонь в Кубке снова покраснел. Полетели искры. Язык пламени выстрелил в воздух и вынес ещё один кусочек пергамента.

Длинной рукой Думбльдор как будто машинально схватил этот обрывок. Отодвинул от себя и уставился на имя, которое там значилось. Повисла долгая пауза: Думбльдор оторопело взирал на пергамент, а весь зал взирал на Думбльдора. Затем тот прочистил горло и прочитал:

— Гарри Поттер.

Глава семнадцатая.