Посылка для генерала

«Студебекер» остановился рядом с Митьковым, и тут же из кабины высунулось недовольное лицо лейтенанта:

– Вы что? Вам жить надоело? Под колеса лезете…

Не теряя времени, Митьков направился к кабине, на ходу расстегивая пуговицу нагрудного кармана и доставая служебное удостоверение. Он сунул его под нос лейтенанту и строго приказал:

– Сворачивайте вон туда к лесу и помогите вытащить машину с медикаментами. Это задержит вас всего минут на пятнадцать.

Увидев корочку «Военная контрразведка Смерш», лейтенант смутился, быстро глянул на часы и приказал водителю сворачивать. Митьков запрыгнул на подножку.

Уставшие солдаты с довольным видом закричали, приветствуя помощь.

Развернувшись, «Студебекер» подцепил на трос полуторку, и та пошла, зарываясь колесами в жидкую грязь. Медленно, но упорно тянул ее грузовик, наконец многострадальная полуторка замерла на сухой траве у самой опушки леса. Поблагодарив лейтенанта за помощь, Митьков отпустил «Студебекер». А когда узнал, что солдатам, пытавшимся вытолкать полуторку, нужно совсем в другом направлении, решил задержаться с ними у костра. Тем более что у него в вещмешке имелось немного сала и хлеб.

Усач-сержант согласился, что ночью топать не стоит, да и попутку не остановить. Приказ строгий, особенно в прифронтовой полосе: попутчиков не брать!

Развели костер, расстелили плащ-палатки, раскатали шинели. Нашлась и водка. Немного, граммов по сто на брата, но для задушевного разговора сгодится. Вспоминали, как толкали машину, рассуждали, что утром, когда на одежде подсохнет грязь, ее проще будет отчистить. Повосхищались, как это удалось старшему лейтенанту так быстро остановить машину и найти помощь. Митьков не стал говорить, что служит в Смерше, только посмеивался и отвечал, что у него с детства дар убеждения, ему всегда удавалось уговорить кого угодно. Если, конечно, надо для дела.

Постепенно разговор вернулся к последним событиям. Митьков незаметно перевел его на командование корпуса. Солдат, хоть и не близок к генералу и его заместителям, все равно многое видит и слышит. Часто простая мужицкая мудрость делает больше, чем военная премудрость. Тут и отношение к подчиненным, и потери, и, конечно, боевые удачи корпуса. И заслуги его командира, генерала Максимова.

Как выяснилось, солдаты не знали об аресте генерала. Просто им сказали, что временно корпусом командует его заместитель, а уж почему, это им знать не положено. Может, на повышение забрали, может, приболел Максимов, а может, какие совещания проходят, и нет времени Максимову торчать в расположении своего корпуса.

Митьков лежал на шинели, подперев голову рукой, и слушал. Иногда он подбрасывал реплики, чтобы удержать разговор в нужном для себя русле.