Посылка для генерала

Сейчас речь идет не только о вашем муже, но и о вещах еще более серьезных и важных. Вы просто вспомните о погонах на ваших плечах и возьмите себя в руки. Итак, я спрашиваю вас снова…

Мария Николаевна держалась хорошо. Трудно представить, чтобы женщина, генеральская жена, не переживала о муже, которого подозревают в измене Родине. Трудно заставить себя в такой ситуации мыслить спокойно, говорить рассудительно. Но Максимова смогла. Чего ей это стоило, можно было только догадываться.

Они проговорили больше часа. Понимая, что заставить женщину свидетельствовать против собственного мужа почти невозможно, Косович говорил с ней, задавал вопросы о Полякове, о майоре Аганесяне, о подполковнике Васильеве.

Скорее всего, Максимова не знала, что между этими людьми, по мнению Смерша, есть связь. Она старалась отвечать подробно и честно. И Аганесян, и Васильев служили в составе корпуса еще до прихода Максимова. Вместе с ним пришел Поляков. Они воевали вместе. Максимова знала о старшем лейтенанте от мужа и из их личного общения, потому что после ранения он лежал в ее госпитале. Она его оперировала, когда начались осложнения. Но ничего, что давало бы повод для измены Родине, не было.

И о довоенных контактах мужа с представителями Германии Максимова тоже ничего не знала. Ни в рамках совместных учений, ни о помощи в организации вермахта и воздушного флота Германии. Ни разу Максимов не встречался с германскими офицерами, проходившими подготовку в СССР до 1939 года. Это следовало и из личного дела генерала, и из справки Смерша, которую прислали группе Седого из Москвы.

Гробовой поднял трубку телефона и попросил телефонистку соединить его с начальником госпиталя. В комнату вошел пожилой грузный военврач. Он деловито и несколько сконфуженно посмотрел на Максимову, протер мягкой тряпочкой очки, водрузил их на нос и произнес:

Косович неторопливо поднялся из-за стола, взял фуражку и подошел к начальнику госпиталя вплотную.

– Постарайтесь понять меня без лишних вопросов, – сказал Олег, – и выполнить все, что я попрошу. То, что я делаю, это максимум в данной ситуации. Так вот, майора Максимову держать под домашним арестом. Но держать так, чтобы ни у кого не возникло подозрения, что она под арестом. Посадите ей под дверь и под окна солдат в больничных пижамах, положите ее под видом болезни в отдельную палату – придумайте сами. Но если с майором Максимовой что-то случится или она сбежит, вы ответите головой. Никаких контактов и расспросов. Просто изолируйте ее на время, и все.

– Я не сбегу. – Женщина поднялась на ноги и оперлась рукой о стол. – Это навредит мужу и добавит вам подозрений. А генерал Максимов чист перед Родиной, и я сделаю все, чтобы доказать это!

– Не надо ничего никому доказывать, – проворчал Гробовой.