Дебютная постановка. Том 2

Думать я могла только об одном: как устроить так, чтобы меня с Костей больше ничего не связывало. Договорилась с врачами, они пригласили нотариуса и работника ЗАГСа, развод оформили прямо на больничной койке. По закону если один из супругов совершил тяжкое преступление, то его согласие и присутствие при расторжении брака не требуется.

– Да, я знаю, – кивнул Юра. – А потом? Когда самое трудное осталось позади?

– А потом я сказала себе, что Костя все равно будет сидеть. Так какая разница, за что? Наказание оно и есть наказание, и он его будет нести. Кроме того, я понимала, что если обвиню Костю в убийстве, то мне придется давать показания еще и об этом, встречаться с ним на очной ставке, потом на новом суде. Я бы этого не вынесла. Я потеряла ребенка. Потеряла здоровье. Я держалась из последних сил. Еще на одно следствие меня бы просто не хватило. Потом, спустя несколько лет, пришло сообщение, что Костя умер в колонии. А мертвых все равно не наказывают.

– Но вы ведь знали, что за убийство Владилена Астахова осудили другого человека. Невиновного.

– Осудили?

Удивление на лице Ольги Аркадьевны показалось ему совершенно искренним.

– Нет, я не знала, что кого-то осудили. Да и откуда мне было знать? Когда я вышла из больницы, все разговоры о том, что милиция что-то выясняет и кого-то пытается найти, уже стихли, про смерть Астахова никто и не вспоминал. Я была уверена, что убийство не раскрыли. Кажется, у вас это называется «висяк»? – она слабо улыбнулась. – Так обычно в фильмах следователи говорят. Потому что если бы раскрыли, то ко мне обязательно пришли бы задать вопросы про Костю. А ко мне никто не приходил.

– Потому и не приходили, что на Константина никто не подумал. Обвинили совсем другого человека, который ни в чем не виноват.

Ольга опустила голову.

– И что с ним стало? Сидит? – спросила она глухо.

– Умер, – коротко ответил Юрий. – Его признали невменяемым, отправили в психиатрическую спецбольницу, залечили до полного отупения. Через пять лет отпустили домой, он уже мало что соображал, ушел в лес зимой, заблудился, замерз и умер. Если бы вы тогда…

Левшина подняла на него глаза, полные слез.

– Если бы вы были на моем месте тогда, то неизвестно, как поступили бы. Не судите о других людях, если не побывали в такой же ситуации, как они, – сказала она сдавленным голосом. – Вы хотите, чтобы я почувствовала себя виноватой еще и в этом?"

"Да нет же, господи! Виноват дядя Миша, который, не имея к тому оснований, возомнил себя великим Шерлоком Холмсом и Эркюлем Пуаро одновременно. И, наверное, следователь тоже виноват, потому что на него давили сверху и нужно было кровь из носу обеспечить раскрытие и расследование убийства Астахова, а тут уж все средства хороши.