Дебютная постановка. Том 1

Просто я догадался, кто убийца, пришел к следователю и сообщил ему о своих подозрениях. Он согласился, что я прав, настрополил оперов, те кое-что проверили, и все сошлось как в копеечку. Сегодня как раз должны были брать негодяя.

Николай дар речи потерял. Молча сделал несколько глубоких затяжек, ожидая, пока мысли выйдут из ступора.

– Давай все сначала, – произнес он наконец. – О чем ты мог догадаться? Как ты вообще мог о чем-то догадаться, если у тебя нет доступа к материалам следствия? Ты можешь говорить нормально, а не вот этими вот загадочными обрывками?

Он с трудом сдерживал злость и желание дать младшему брату подзатыльник, да поувесистей. Сидит, понимаешь ли, такой весь вальяжный, делает вид, что ничего особенного не произошло, а сам чуть не лопается от гордости и от сознания собственного величия. Гениальный сыщик нашелся, Шерлок Холмс! Делом не занимался, в расследовании не участвовал, с материалами не знакомился, а посидел пять минут на горшке и высосал из пальца имя преступника.

Михаил вздохнул и заговорил негромко, мягко, как бы нехотя:

– Ты сам рассказывал мне про расставленные на рояле свечи, про затейливый узор. И про фотографию девушки ты рассказывал. А о том, что Астахов первостатейный бабник и принципиальный холостяк, знает весь поселок, тут мне даже твои рассказы не потребовались. Ты, Коля, сноб, ты общаешься только с теми, кого считаешь ровней себе или с кем тебе интересно. Вот с тем же покойничком Астаховым ты водился, к академику с Первомайской улицы захаживаешь, к писателю этому, как его… Никак фамилию не запомню. Ну не важно. А я контактирую со всеми, людей на ранги и касты не делю и потому знаю, кто чем живет и чем дышит, у кого что болит и кто что скрывает. Чуешь, к чему я веду?

– Пока нет, – сухо ответил Николай. – По всей вероятности, ты изыскал убийцу среди жителей поселка?

– Именно! Вот смотри: раз была фотография девушки, значит, дело в любовных отношениях. Астахов ее поматросил и бросил. Идем дальше: неразборчивость в половых связях вызывает негодование либо у старорежимных, либо у верующих. Ну или у совсем уж пораженных коммунистической нравственностью. Больше никого этим сегодня не удивишь. Какие претензии могут быть у нормального человека к Астахову? Мужик взрослый, самостоятельный, холостой, имеет полное право устраивать свою личную жизнь как хочет. Если бы считалось, что он не должен так себя вести, его бы партком Большого театра быстро к ногтю прижал. А его прижали? Нет. И на сцену выходил, и за границу ездил, и в правительственных концертах участвовал. Значит, с этой стороны все в порядке. Поэтому нормальных людей из поселка мы сразу отметаем.