Посредники

Здесь крылась та самая связь, которую она так искала. Ундина была напугана, но страх скорее освобождал, чем сковывал. Крепче обняв, Джин закружил ее, вокруг мелькали лица.

От толпы, танцевавшей у ближайшего костра, отделилась небольшая кучка людей. Над ними поднимался какой-то столб — двадцати или тридцати футов высотой, белый, с развевающимися шелковыми лентами. Ундина на миг встревожилась, сама не понимая отчего. Примерно дюжина парней и девушек окружили его и вскинули руки, потом побежали, словно вокруг майского древа, придерживаясь за ленты. Некоторых Ундина узнавала, хотя и не помнила, где с ними встречалась. Вдруг она заметила, что музыка смолкла. На сцене оставалась только танцовщица — она все еще раскачивалась, глядя в толпу, но вид у нее сделался грустный.

Губы Джина накрыли ее рот, и ее веки затрепетали и сомкнулись, но перед этим они оба произнесли одно слово: «Исход».

И теперь, закрыв глаза и чувствуя вкус губ Джина, она увидела то, чего не замечала с открытыми глазами. Девушка на сцене, раскачивающаяся, словно плывущая — она в самом деле плыла! Она парила на два фута выше сцены, пробираясь сквозь воздух, как сквозь воду. А люди на земле, невероятно красивые, кружились в огромном хороводе, распевая то слово, которое шепнул ей Мотылек.

Она застыла в объятиях Джина, прижимаясь к его бедру, к его губам.

И тогда из сумерек, облака, вихря, лунного луча возникла фигура женщины и на мгновение зависла в воздухе. Джин отстранился от Ундины и смотрел на незнакомку — его лицо исказилось, а потом вытянулось от удивления. Голову женщины венчала корона платиновых волос, лилово-серые глаза сверкали, губы были приоткрыты, показывая заостренные мелкие белые зубы. Она заговорила, и казалось, сам ее голос, будто луч, переливается мириадами серебристых бликов.

— Добро пожаловать в «Кольцо огня»! — произнесла она.

Все вокруг стихло. Ундина почувствовала головокружение и смятение.

«Это „пыльца“, — смутно припоминала она. — Должно быть, это все от „пыльцы“».

— Слушайте внимательно! — продолжала женщина. — Я говорю вам это только один раз. Остальные указания вы получите от проводников, от которых вы узнали об этом собрании, великом собрании вашего народа. Вы преисполнитесь страха и сомнений, но вы знаете, кто вы есть, и ваш долг — внимать мне.

Колени Ундины задрожали, она с трудом держалась на ногах. Теперь она не могла рассмотреть в толпе ни одного лица. Тот парень — с маленьким иксом на запястье — куда он подевался? Подогнувшиеся колени коснулись чего-то жесткого, с острыми выступами. Она изо всех сил пыталась смотреть наверх, но не могла. А голос женщины струился и извивался, будто прекрасная сверкающая змея.

— Вы знали это с самых юных лет.