Последыш. Книги I и II

— Ловкий ты парень, Менгден!

— Ладно! — решительно рубанул ладонью воздух князь Глинский. — Я понял. Играть с Андреем в перетягивание каната я не буду. Считай, твоя взяла. Но на твоем месте я бы не стал сбрасывать Глинских со счетов.

— Так я и не собираюсь, — пожал Бармин плечами. — Я же сказал, давайте договариваться!

— Варвара сегодня получит право именоваться графиней Менгден. Титул, как вы понимаете, не наследственный, но пожизненный, какую бы фамилию по мужу она ни взяла. В приданное за ней я даю миллион золотых рублей и замок Крево с прилегающими девятьюстами гектарами земельных владений.

— И кому такое счастье?

— Вашему сыну Петру.

— Сын от первой жены…

— Так и Варвара от первой.

— С ней этот вопрос обсуждал?

— А как же иначе? — удивился Бармин. — Я ее неволить не стану.

— Значит, ты про Петра в курсе? — прищурился Глинский.

— Я в чужие семейные дела не лезу, а они с Варварой, как я понял, росли вместе. Сговорятся, я думаю. Будет семья, пойдут дети…

— Я же сказал, не мое это дело, — пожал плечами Ингвар. — Взрослые люди. Найдут компромисс.

— А что будем делать с Дареной?

— Если будете настаивать, женюсь. Но сразу хочу предупредить. Вакантно лишь место пятой жены, и это не обсуждается. Обсуждаться может только размер приданного и дата свадьбы…

Надо отдать должное князю Глинскому. Встретившись на императорском приеме, — в те полчаса, которые предшествуют торжественной части, — они обнялись, как родные. Причем инициатором объятий выступил как раз Нестор. Расцеловал сукин сын Варвару и Елену, крепко прижал к груди Ингвара, прослезился «ненароком» и не без показной гордости сказал незнакомому господину, оказавшемуся по случаю окольничим императорского двора князем Василием Владимировичем Углицким:

— Они мне все, как родные!

— Но и родные тоже, — добавил, спустя мгновение, взглянув со значением в глаза Бармину.

В принципе, теперь они снова были родней, а в перспективе и союзниками. Беседа тет-а-тет, начавшаяся с конфликта, затем пошла ровнее, и, в конце концов, они не только ударили по рукам, но даже успели обговорить детали будущих отношений, подписав составленный наскоро, — но отнюдь не небрежно, — договор о намерениях.

— Так и есть, — подтвердил Бармин. — Мы с Глинскими уже который век родня!

Нестор кинул на него острый взгляд, но от комментариев воздержался.

— Не буду задерживать вас, детки! — улыбнулся вполне дружелюбно и чуть повел рукой, словно указывал направление. — Идите! Небось есть еще с кем поговорить.

— Спасибо, Нестор Изяславович, — поблагодарил Ингвар, он понял, куда посылал его Глинский. На противоположной стороне белоколонного, наполненного светом зала стоял князь Андрей Романович с семьей.