Последыш. Книги I и II

— Раскроете секрет? — недоверчиво прищурилась Збаражская.

— Обязательно! Вашу руку.

Увы, но он не угадал с танцем. Это была кадриль, а это танец, не предназначенный для разговоров, поэтому все, что успел сказать Игорь, это краткое: «Поговорим после танца». Поэтому, едва умолкла музыка, они отошли к бару, взяли по бокалу шампанского и, найдя уютный уголок за колоннами, — канапе и полу-кресло, поставленные «лицом к лицу», — смогли наконец поговорить.

— Прежде всего, Елена Николаевна, я хотел бы извиниться, — сказал ей Игорь, когда они сели один напротив другого. — Я сожалею, если мои шутки вас оскорбили. Говорю это не для красного словца, а для того, чтобы заключить мирное соглашение.

— Мирное соглашение? — переспросила женщина.

— И зачем это вам? — Вопрос непраздный, правильный вопрос.

— Давайте, я сначала скажу, зачем это вам, — предложил Игорь.

— Попробуйте, — усмехнулась Збаражская.

— Глинский предложил мне вас довеском к Дарене. На Дарене я женюсь, а вас получу в качестве наложницы.

— Он вам так и сказал? — она даже побледнела от гнева, но не удивилась. Видно, знала, на что способен ее покровитель.

— Взял с меня обязательство подписать с ним соглашение, что я официально признаю всех наших с вами детей.

— Я так понимаю, что по первоначальному плану, о Дарене речь не шла?

— Как видите, нам есть для чего дружить.

— Хотите меня перевербовать?

— Тогда приступайте.

Начало было многообещающее, и грех было не отковать это железо, пока оно горячее.

— Чтобы начать вас охмурять, я должен знать две вещи, — улыбнулся ей Игорь. — Во-первых, насколько важны для вас отношения с Варварой?

— Важны, — коротко ответила женщина.

— Вы с ней пара? — спросил тогда Игорь.

— А вы дотошный, — усмехнулась Елена.

— Это важный вопрос, поскольку от ответа на него напрямую зависит мое предложение. И, разумеется, все, что вы скажете, останется строго между нами, и я никогда не использую эту информацию против вас или Варвары.

— Что ж, попробую поверить, — тяжело вздохнула женщина. — Мы близкие подруги. Практически сестры. Парой мы тоже были. Но недолго и без последствий.

— То есть, спать с мужчиной вы сможете?

— Не хотите получить по лицу?

— Не хочу, но задать вопрос обязан.

«То есть, фактически пока не пробовала».

— Ладно, — согласился он вслух. — Тогда второй вопрос. Что с вами произошло, когда вы вдруг сорвали перемирие, только начавшее выстраиваться между мной и Варварой?

— Хотелось бы. Это облегчит наши переговоры.

— Я вас приревновала к Ольге. Я ведь ехала знакомиться с будущим мужем, а там она.

— Чтобы ревновать нужен не только повод, еще надо иметь на это право. Вот станете моей девушкой или невестой, тем более женой и ревнуйте себе на здоровье хоть к телеграфному столбу.