Отдаленные последствия

Да, Ваша честь, – громко проговорил он.

На этом все и закончилось. И снова конвойная лестница и тесный «стакан». Матвей был седьмым по счету, после него оставалось еще два человека. Он получил свою порцию кипятка, выпил маленькими глоточками, надеясь обмануть мозг и заставить его думать, что в организм поступает бульон. Куриный, с вермишелью, как мама делает.

Теперь можно и в туалет попроситься.

– Два человека – это же недолго? – спросил он у того же доброжелательного паренька, с которым разговаривал прежде.

Тот неопределенно покачал головой.

– Как пойдет, не угадаешь.

– И потом сразу домой? – Матвей понял, что сморозил глупость, и смешался. – В смысле, назад, в ИВС?

– Разбежался. Будем транспорт ждать. С утра развезли – потом всех собрать нужно.

– Значит, долго?

– Может, и долго. Как пойдет.

– И кормить не будут?

– Не положено.

– А еще водички?

– Ты свою уже выпил.

– А в туалет? Почему только один раз? Это же зверство какое-то!

– Не я правила придумывал. В принципе, могут и второй раз вывести.

– А в третий?

– Попробуй – узнаешь, – недобро усмехнулся паренек-конвойный, уже утративший всю свою доброжелательность.

Матвей помнил о предупреждении сокамерника насчет маломощных электрошокеров, которыми угощают тех, кто попытается злоупотребить правом на отправление нормальных физиологических потребностей. Пробовать почему-то не хотелось.

Он терпеливо мучился в тесном «стакане», думая о том, как меняется восприятие времени. Несколько часов, да что часов – сутки сидишь за компьютером и не замечаешь. А здесь каждая минута кажется годом.

Вот уже и девятый вернулся из зала суда. Последний. Но больше ничего не происходило.

Наконец раздался звонок телефона. Заклацали замки, людей начали выводить. Матвея вместе с другими подсудимыми посадили в автозак и вернули в ИВС.

Каменская

В этих местах Настя Каменская не бывала с тех пор, как завершила свою эпопею с написанием и защитой кандидатской диссертации. Как-то не пришлось ни по прежней службе, ни по новой работе, ни по личным надобностям. За полтора десятка лет все настолько изменилось, что она с трудом узнала даже сам комплекс университетских зданий, оставшийся нетронутым. На месте старых обветшавших трехэтажных домиков, построенных еще в позапрошлом веке, возник громадный офисный центр, а все прилегающие улицы пестрели вывесками и витринами дорогих магазинов и всевозможных заведений быстрого питания. Правда, нашлась и парочка довольно приятных на вид кафешек с вайфаем, где через большие оконные стекла виднелись немногочисленные посетители, сидящие за столиками с напитками и открытыми ноутбуками.

Встреча назначена на два часа. В две минуты третьего у Насти зазвонил телефон.

– Анастасия Павловна? Это Вишняков. Я подъехал.