Отдаленные последствия

Его конек – информация, которую по разным причинам скрывают от населения. В то, что именно Дремов случайно проходил мимо места обнаружения трупа, поверить трудновато, но, в принципе, возможно. А вот в то, что он так быстро сумел все выяснить, особенно про записки, верится уже с трудом. Единственное нормальное объяснение: он хорошо знаком или даже дружит с кем-то, кто знает про три трупа и три записки. Увидел, что работает дежурная группа, позвонил своему приятелю, тот поинтересовался по служебным каналам и доложил Дремову: убийство. До этого места выглядит более или менее правдоподобно. Но ведь приятель оказался одним из нас, Витя, потому что сказал про записки. Нас шестеро оперов и Кузьмич, итого семеро.

– Все равно я не догоняю, почему обязательно один из нас-то? – упрямился Виктор. – А следаки? Один наш, из Восточного, один с Юго-Запада, а теперь, вообще, третий, городской. И вообще, все те, кто выезжал на первые два убийства. Они тоже знали про записки.

– А про третий труп?

– А-а, ну да…

Виктор поскреб затылок. Из тех, кто знал обстоятельства обнаружения трупов Чекчурина и Майстренко, никто на Литвиновича не выезжал, это другой округ, не Восточный и не Юго-Западный.

– Так третий труп этот Данила Дремов своими глазами видел.

– А то, что записка была?

– Ну да… – уныло повторил лейтенант.

Как-то все сложно получалось."

"Внезапно его озарило. А следователь, у которого объединили дела? Его, если по правилам, должны были вызвать на место обнаружения тела Литвиновича. И Зарубин с Дзюбой там были. Вот уже целых три человека, которые знали про все убийства.

– А этот городской, как его, Барибан? – спросил Вишняков. – Он выезжал сегодня на труп?

– Выезжал, – кивнул Дзюба. – И, соответственно, знал про третью записку. Ты хочешь сказать, что он контактировал с Дремовым? Не мечтай, Витя. Николай Остапович не того ранга чиновник, чтобы ради блогера сделать что-то себе во вред. Сегодня до обеда суд будет рассматривать его ходатайство об избрании меры пресечения Очеретину, и в ходатайстве написано совсем не то, что говорит Дремов. Барибан отлично понимает, что если ролик дойдет до судьи, а это более чем вероятно, потому что его все будут обсуждать, то поднимется жуткий скандал.

«А ты сам? – так и хотелось выкрикнуть Виктору. – А Зарубин ваш?»

Но он благоразумно промолчал.

Зарубин

Как ни крути – выходило погано. Кто снимал видео на месте происшествия? Сам Дремов? Или кто-то другой?

Допустим, снимал блогер, оказавшийся там по чистой случайности. Ну, снимал и снимал, дело ненаказуемое, хотя и далеко не всегда полезное. Повезло парню: шел себе темным февральским утром, задолго до рассвета по улице, да и нарвался на то, что будет проходить по разряду криминальных новостей. Бывает.