Последняя из рода. Скованные судьбой.

— Я буду через стену от вас, госпожа, — сказал ей полководец Осака, когда слуги довели их до выделенных их покоев.

Он с намеком положил ладонь на рукоять меча, и Талила улыбнулась уголками губ.

Спальня, в которую она вошла, ничуть не уступала по роскоши всему поместью. Каждый ее шаг сопровождали две молоденьких служанки, и когда одна сказала, что для нее уже подготовлена горячая вода для омовения, вторая спросила.

— Какое по цвету вам подобрать кимоно, госпожа?

Талила посмотрела на нее.

— О чем ты?..

— Кимоно для вечерней трапезы, — зардевшись, потупилась та.

— Мне не нужно кимоно, — отсекла Талила.

Она не намеревалась наряжаться в шелка и менять одежду, в которой она отправилась в поход, на женский наряд. Она прибыла к господину Тадамори как воин, и воином она останется на протяжении всего времени. И потому она наденет широкие штаны-хакама, куртку из грубой ткани и закрепит на поясе катану.

Оробевшие служанки не решились больше ничего спрашивать и молча сопроводили ее в соседнюю комнату, где Талилу дожидалась деревянная бадья с теплой водой. Она с удовольствием выкупалась и сменила нижнее кимоно, не предназначенное для чужих глаз, на чистое. Но в остальном же осталась верна своему решению. Даже волосы она убрала в прическу, которую носили самураи, а не женщины, и не украсила свой пучок ни единой заколкой. Лишь двумя смертоносными сенбонами."

"Когда она закончила со сборами и вышла из покоев, полководец Осака уже ожидал ее в коридоре. Ей показалось, в его взгляде мелькнуло одобрение. Но, может, она себе это надумала.

В лучах закатного солнца поместье показалось ей еще красивее, чем днем. Свет проникал внутрь сквозь неплотно сдвинутые перегородки и окрашивал покрытые шелком стены в насыщенные цвета. Они вспыхивали золотом и багрянцем, и положенный на ткань узор словно начинал гореть изнутри всякий раз, как его касался свет.

Их проводили в просторную комнату с несколькими низкими столами, расположенными друг напротив друга, и указали на левую сторону.

— Господин Тадамори скоро присоединится к вам, — передали слуги и удалились, оставив Талилу и полководца Осаку в одиночестве.

Она выразительно повела бровями. Они должны будут подождать, ведь это они пришли с просьбой, а не наоборот.

— Это непочтительно, — тотчас вскинулся полководец, но она махнула рукой.

Если господин Тадамори даст им то, что они хотят от него получить, Талила готова прождать его и до утра.

— Где они разместили наших самураев? — спросила она вполголоса.

— В нескольких минка рядом с главным домом. Я убедился, что все в порядке, — также негромко отозвался полководец. — Я не бывал в этом поместье много лет, но с той поры оно стало лишь богаче.