Последний Хаос

Награда: новая жизнь!

Штрафы: сам себя накажешь, тряпка!

Но Тион не мог. Он снова и снова тянулся к ручке, но не мог переселить себя. А потом дверь открылась сама и на пороге его встретила его жена… Уже бывшая жена. И Упорядоченное безжалостно оттопталось по нерешительности Тиона:

Задание «Войти в дом» — провалено.

Живи с этим, слабак!

Вечер Тион встретил один. Совсем один. Никому не нужный, никому неинтересный… Предоставленный своим мыслям он раз за разом прокручивал в голове свою жизнь. Каждый день, который помнил, каждое решние, которое принял.

И всё больше и больше он понимал, что ошибался постоянно. По-настоящему хорошие решения обычно принимал не он, их принимали за него. Он потерял соратников и друзей, приятелей и знакомых. Дети и жена отвернулись от него… Но первопричиной всего этого был он сам!

— Потому что я сам себе не нужен, — прошептал он, отправляя из зажатого между ног болтомёта очередь болтов себе в голову.

Так закончилась жизнь бравого гвардейца погибшего узла Эйрикс. Возможно, в будущей жизни всё у него сложится лучше. Возможно… Но это будет другая жизнь, и другой человек.

Тион умер в тот момент, когда погиб Эйрикс и его семья. И, как показала его жизнь, ничто не могло этого исправить, каким бы бравым воином он не казался со стороны. Он умер в тот день, но опоздал на свою смерть. И весь остаток его жизни был попыткой настигнуть то, что он пропустил. И, возможно, смерть была для него лучшим выходом из положения?

Тишина Священной Пирамиды прерывалась тихими ругательствами и шуршанием. В этой кромешной тьме, в которой, казалось, отродясь не было света, всё-таки была жизнь. И эта жизнь сейчас пыталась понять, что происходит.

— Ничего не работает… Ни навыки, ни конструкты… — проговорили низким голосом.

— Конечно, не работает! Придурок! Это мир Порядка, мать его! — ответили ему другой голос, более истеричный и высокий. — У тебя спички или зажигалка есть?

— Спички? Зажигалка? — глубокий голос был полон удивления. — Это что вообще?

— Это то, что, мать твою, даёт огонь! А огонь — это свет! А мне, мать твою, нужен свет! Прямо вот сейчас нужен, мать твою! — зашёлся истерикой собеседник. — У меня руки, мать твою, связаны!

— Да там обычный верёвки, — ответил низкий. — Напрягись и разорви их…

— Дядя, ты идиот? Это верёвки! — ответил истеричный. — Как я их разорву⁈

— Руками, — ответил низкий голос.

На какое-то время в темноте повисла тишина. Один из собеседников, видимо, всё ещё переживал о Надстройке Упорядоченного, второй думал о том, что его собеседник и в самом деле верит, что верёвки можно порвать руками.

— А ты что, освободился? — уточнил истеричный.

— Ну, да… Разорвал эту гниль и всё, — ответил ему обладатель глубокого голоса.

Снова повисла тишина. А потом в ней прозвучал тяжёлый вздох.