Последний Герой. Том 1

Но у меня есть кое-что ещё, — с немного деланым раскаянием улыбнулся он.

Он небрежно швырнул сетку апельсинов в мусорку у лавки и достал из внутреннего кармана пиджака бархатную коробочку. Красную. Маленькую.

Глава 19

— Оксан… Знаешь, я тут долго думал… Мы не с того начали. То есть с того, но как-то все у нас пошло наперекосяк.

— Наперекосяк? Это когда я тебя с секретуткой твоей застукала, вот это ты называешь — «наперекосяк»?

— Каюсь… бес попутал. Но, знаешь, я готов меняться, ради тебя, я готов загладить вину… вот."

"Коробочка из красного бархата лежала в руке. На солнце бархат казался чуть темнее, почти бордовым. Крышка щёлкнула — и показалось кольцо. Оно поймало свет. Тонкая оправа из белого золота удерживала бриллиант. Чистый, ослепительный, он сразу вспыхнул россыпью бликов. Камень не огромный, но дорогой — без слов ясно. Вещь весомая.

— Вот… Это тебе. В честь праздника.

— Какого праздника? День шлюхопрощения? Или день защиты кобелей? Что-то не припоминаю таких праздников.

Кобра была непреклонна.

— Ну, Оксан…

— Тс-с, — она подняла палец. — Не перебивай. Ты, может, и дорогой подарок притащил. Но, Соколов, дорогие вещи не отменяют дешевого поведения. А насчет праздника… Дай угадаю… Ты в монастырь собрался? Это действительно был бы повод отпраздновать. Потому что таким, как ты, размножаться строго противопоказано. Природа против…

— Все стебешься? И кто тебя терпеть будет, кроме меня? Праздник сегодня — ровно год назад мы с тобой познакомились. Ты забыла, а я помню.

Между этими двумя повисло молчание, но мужчина теперь смотрел на свою собеседницу с каким-то победным видом.

— Возьми кольцо… я заказал столик в нашем ресторане.

— Нет.

Антон щелкнул коробочкой, убрал ее в карман пиджака и как ни в чем не бывало проговорил:

— Злишься? Это хорошо.

— В смысле? Ты больной? — фыркнула Оксана со всем презрением, на какое была способна.

— Не-а-а. Значит, тебе не пофиг на меня, — покачивал ногой Антон.

— Пофиг.

— Я тебя знаю, считай, год вместе. Не пофиг.

— Мы не вместе, Антошенька. Уже месяц как. Совсем. Очнись…

— Ха! Ты дни считаешь? Помнишь? То-то!

— Хоспади-и… как еще тебе объяснить?..

— А поехали в Дубай. Помнишь наш пляж? Нахрена сдалась тебе ментовка? Увольняйся. Или в Грецию. Захочешь — и в Японию. Забей на эту долбанную службу. Ну правда, тебе она нафиг не нужна. У тебя может быть нормальная жизнь. Без беготни и начальства.

— И кем я буду работать?

— А зачем тебе вообще работать? Решено… Давай паспорт, я куплю билеты.

— Отвали.

— Ты — не для такой жизни, Оксан, ты пойми… Ты создана для большего. Они — тебе не ровня… Никто тебя не оценит. Ты как тот бриллиант, — он похлопал по карману, — который так и не вытащили из коробочки.

Соколов говорил, а Оксана слушала и уже не спорила.

Задумалась.