Последний ученик да Винчи

Она поняла, что если сейчас поддастся этому человеку с разными глазами, все будет кончено. Погибнет не только Дмитрий, но и она сама, и еще много, очень много других людей. Но этому не бывать никогда! Она вдруг поняла, как много значит для нее этот странный, старомодный, погруженный в свою работу мужчина.

Азраил был высок ростом, но и Маша не маленькая. Ей не пришлось задирать голову, чтобы поглядеть ему в глаза.

— Без него я никуда не пойду! — твердо сказала Маша. — Сделай так, чтобы он пришел в себя!

— Не в твоем положении ставить условия! — с угрозой сказал Азраил. — Не испытывай мое терпение!

— Я тебя нисколько не боюсь! — крикнула Маша. — Ты — всего лишь прислужник, послушный инструмент в руках того, кто приказывает! Это он, Повелитель, читал Пророчество, а ты лишь делаешь то, что он прикажет! Ты не можешь причинить мне вред! Если ты убьешь меня, Церемония никогда не состоится!

— Откуда ты знаешь про Церемонию? — Азраил отступил на шаг.

— Я знаю многое, ты и не представляешь, сколько всего может знать женщина, в жилах которой течет древняя царская кровь!

Маша почувствовала, что еще немного, и злодей сдастся. Но нет, он повернулся к ней янтарным глазом, из которого полилась на Машу такая волна ненависти, что на мгновенье ей стало страшно. Она вспомнила снимок, который прислал ей Мишка Ливанский, вспомнила, как надвигалось на картину с изображением Мадонны темное облако, и почувствовала, что точно такое же облако надвигается сейчас на ее душу. Из последних сил Маша уставилась в этот янтарный глаз. Ее глаза полыхали такой же ненавистью. Азраил отступил еще на шаг.

— Если надо, я приволоку тебя к Повелителю силой!

— А понравится ли Повелителю то, как ты обращаешься с женщиной царской крови?

Он наклонил голову, и Маша поняла, что победила. Азраил рывком поднял Старыгина на ноги и поглядел ему в лицо. Глаза Дмитрия медленно приоткрылись. Он покрутил головой и поморщился. Рядом с Азраилом возникли двое мужчин самого зверского вида.

— Идите за мной! — глухо приказал Азраил и пошел вперед, прижимая к груди каменную призму.

Старыгин пропустил Машу вперед. Они прошли длинным коридором, свернули налево, и в это время из темного бокового прохода выскочили какие-то люди с факелами. Подручный Азраила выронил фонарь, когда бедуин в развевающемся черном одеянии с размаху ткнул ему пылающим факелом в лицо. Фонарь не разбился, тогда бедуин ударил ногой, и фонарь раскололся. В неверном свете факелов Старыгин увидел, как двое бедуинов схватили Машу и потащили куда-то в сторону. Азраил зарычал и прыгнул за ними, но ему преградили путь мелькающие факелы. Послышался крик боли и запах паленого, потом один из бедуинов взмахнул черным плащом, и факелы погасли.

В полной темноте Старыгин пытался драться.