Каждый час ранит, последний убивает

Потом сорвала с пальцев Маргариты кольца, которые та носила, а еще серьги и цепочку.

Я смотрела, как она обворовывает умершую. Святую. Я ничего не могла поделать, я чувствовала, что меня охватывает ненависть, что я дышу ненавистью.

– Вставай, уходим, – приказала она.

– Нельзя оставлять ее так! – запротестовала я.

– Быстро, еще офис убирать.

Она схватила меня за плечо, и мы ушли из квартиры. В машине Межда предупредила, что, если я расскажу кому-нибудь, что произошло, она меня убьет.

Никогда ей не прощу.

Когда мы покинули квартиру Маргариты, Межда потащила меня к машине и отвезла на фирму. Я работала всю ночь, пока она спала в одном из кабинетов.

Когда мы вернулись, около пяти утра, Межда спрятала награбленное у себя в комнате. Вместо того чтобы дать поспать, она заставила меня массировать ей ступни. Говорит, что они у нее болят… Это длилось более получаса. Потом она сорвала с меня браслет, подарок Маргариты, сказав, что продаст его. А жилетку оставила. Наверное, потому, что не видела в ней никакой ценности.

Но для меня она очень ценна.

Наконец я смогла пойти поплакать под одеялом у себя на лоджии.

Я плакала по Маргарите.

От нее у меня остались жилетка, книга и чудесные воспоминания. Надеюсь, что кто-нибудь ее обнаружил и позаботился о теле.

Надеюсь, что теперь она покоится с миром.

Час от часу, день ото дня моя ненависть растет. Каждый раз, когда я смотрю на Между, меня тошнит. Мне хочется ее убить.

Но у меня есть только она. Она, и больше никого.

Кто я без нее? Она мой палач и мой единственный ориентир.

В этом мире мне нет места. Я никто.

Я часто говорю себе, что мне бы стоило уйти за Маргаритой. Я не знаю, очутилась ли она в раю, но это не важно. Даже в аду с ней рядом будет лучше, чем в этой жизни.

Сегодня воскресенье. На обед пришел Изри. С ним девушка, и я поняла, что она его подружка. Ее зовут Ясмина, это высокая, очень милая брюнетка. Мне бы порадоваться за него, за них, но, когда я вижу их вместе, сердце у меня разрывается. Хотя Изри мне – никто.

И главное, я для него никто.

Ясмина спросила, почему я не обедаю вместе с ними. Забавно, как Межда смутилась из-за этого вопроса. Она соврала, что я ее племянница и работаю у нее, чтобы оплатить свою учебу во Франции. Но думаю, Ясмина не поверила. После обеда она пришла в кухню, чтобы помочь мне помыть посуду. Я отказалась от помощи, объяснив, что это – моя работа, но она осталась и принялась задавать мне вопросы, на которые я не смогла ответить. Например, о школе, в которую я ходила.

Пока Межда не видела, я открыла дверь на лоджию, будто бы хотела найти полотенце. Ясмина заметила на полу одеяла.

– У Межды есть собака? – спросила она.

– Нет, – ответила я.

– Тогда… зачем тут одеяла?

Я промолчала, но знаю, что она прочитала ответ в моих глазах.