Каждый час ранит, последний убивает

Сильным ударом он повалил ее на кровать.

Габриэль слегка отклонился на бок и направил правую руку в сторону нападавшего. Прицелился получше, череп мужчины взорвался, и он рухнул на Тайри, которая истерично орала. Она оттолкнула труп и выпрыгнула из постели. Бросилась к Габриэлю, упала перед ним на колени. Пуля прошла через его левое плечо навылет. Тайри забрала у него пистолет и на дрожащих ногах обошла все комнаты дома. Потом впустила Софокла и заперла дверь.

Затем она вернулась в спальню; лежа без сознания, Габриэль истекал кровью. Пока пес скулил от тревоги, устроившись рядом с хозяином, Тайри порылась в карманах обоих убитых мужчин и наконец нашла ключ от машины и кошелек с несколькими купюрами.

Она надела одежду Ланы, которую ей дал Габриэль, и двинулась к выходу. На секунду остановилась рядом с Габриэлем.

– Прости, – прошептала она. – У меня нет выбора.

Она миновала столовую и сбежала по ступенькам. Прошла вдоль дома и очутилась на дороге. Как она и надеялась, в конце дороги, ведущей в деревню, был припаркован большой черный седан. Тайри разблокировала двери и села внутрь. Еле сдерживая дрожь, она пыталась понять, как завести эту машину. Нужно было просто нажать кнопку «Start».

Проще простого, как дважды два.

Габриэль открыл глаза и почувствовал, как со всей силы на него обрушилась боль. Он попытался доползти до кресла, чтобы ухватиться за него, но через несколько секунд сдался.

Голос Тайри все еще звенел у него в голове.

Он снова закрыл глаза.

– Лана, – прошептал он. – Лана… Кажется, это все…

Его затянуло в алый вихрь, начало трепать яростным ветром. Этому круговороту не было конца.

Ему виделись его бледные, как смерть, молчаливые жертвы. Луиза, которая улыбалась, пытаясь ему что-то сказать. Безмолвные обещания.

Лана на столе в морге. Ее истерзанное тело, застывшее в ужасе лицо.

Затем он перестал вращаться и погрузился в темную ледяную воду.

Вкус крови на языке, в горле.

Когда его веки снова приоткрылись, Габриэль почувствовал себя как посреди густого облака. Все было размыто, все было спокойно.

Он ощутил, как его руку сжала чья-то рука.

– Нет, это Тайри. Я здесь, Габриэль. Я здесь, все будет хорошо…

Влажная ткань на лбу рассеяла облако, и Габриэль наконец увидел лицо девушки.

– Тайри? Ты… не… ушла?

Она улыбалась ему, он видел, как по ее распухшей щеке течет слеза.

– Нет, Габриэль, не ушла. Я с тобой.

Ножницами она разрезала на Габриэле куртку и рубашку. Опустившись на колени рядом с раненым, она приложила компресс к зияющей ране и слегка надавила рукой, чтобы остановить кровотечение. Затем она промыла рану водой и обработала дезинфицирующим средством. Глаза Габриэля были открыты, но казалось, что он где-то далеко. Иногда приступ боли искажал его лицо, и он снова почти терял сознание.