Каждый час ранит, последний убивает

Я это понял, как только тогда вас увидел… Я же не тупой! Так что говорю тебе еще раз, она ради тебя убила человека. Забыл?

Мне кажется, что у меня сейчас лопнет голова.

– Я больше так не могу, Маню… Надо отсюда убираться.

– Я над этим работаю, сынок. Работаю… Но и ты кое-что для меня сделай, уж постарайся. Перестань сам себе мозг выносить. Тама тебя не предавала, я в этом уверен… Разве я когда-нибудь ошибался?

Я должен признать, что никогда. Но его слова меня не успокаивают.

– Тармони скоро придет?

– Я уверен, что он принесет тебе хорошие вести о Таме.

– Если Грег меня обманул, я ему брюхо вспорю, когда выйду…

– С удовольствием тебе помогу, – говорит Маню с ужасающей улыбкой.

Эти слова преследовали меня всю ночь и до сих пор звучат в голове.

Из, прошу тебя, не покидай меня. Я держусь только ради тебя. Выживаю ради тебя. Ради тебя выношу все, что делает со мной этот ненормальный.

Вчера он сделал мне больно, очень больно. Он часами меня мучил, чтобы я стала «послушной». Мне пришлось смириться, обещать, клясться, умолять. Иначе он бы меня убил. Смерть была бы лучше того, что мне приходится выносить, но я должна думать о тебе.

О тебе, и только о тебе.

Этим утром он разрешил мне выйти на пятнадцать минут из шкафа, чтобы я сходила в туалет и приняла душ. Я не узнала себя в зеркале, настолько сильно у меня изуродовано лицо. Он постоянно следил за мной, теперь у меня не будет и секунды без его надзора. Я ведь попыталась убежать, чуть не убила его, так что теперь уж он бдительности не потеряет.

Потом он уехал на работу и снова запер меня в шкафу. Я решила посмотреть, что лежит в коробках. Несмотря на полумрак и боль, мне нужно найти способ выбраться отсюда. Найти способ избавиться от этого психопата.

В первой коробке лежат старые вещи. Я беру свитер, чтобы не мерзнуть по ночам, хоть он и принадлежит моему мучителю. Почти полдня я роюсь в этих коробках.

Школьные тетради, из которых я узнаю, что Грег был двоечником. Фотографии, глядя на которые, мне становится ясно, что его растила мать. Ни на одной из них я не увидела кого-нибудь похожего на отца. Умер он? Или ушел из семьи?

Да какая, в конце концов, разница.

Старые игровые приставки, стеклянные банки, газеты, квитанции…

Ничего такого, что могло бы служить оружием, ничего тяжелого, что помогло бы сбить замок…

Грег не так глуп, как кажется.

Я очень устала и делаю себе из разных тряпок подобие подстилки. Нужно спать, пока его нет, иначе я совсем сойду с ума. Поэтому я стараюсь уснуть. Но перед глазами все время встают страшные картинки и кошмары, сон никак не приходит.

Я пожимаю руку адвокату и сажусь напротив.

– Добрый день, Изри. Ну как ты, все ничего?

– А сам как думаешь?

– Я… У меня для тебя плохая новость.

Он прочищает горло, а я жду, затаив дыхание.