Последний резерв

Не стоит лишний раз искушать судьбу.

Разведгруппа скрылась в лесу. До реки, если верить карте-навигатору, оставался дневной переход. Со слов бывшего военного полицейского выходило, что его коллеги за реку не сунутся. Шли с максимальной скоростью. Продвигаться в джунглях — не значит бежать или идти. Это значит ковылять, протискиваться сквозь заросли, проклинать все на свете, продираться сквозь зеленое переплетение. У людей складывалось ощущение: что-то живое распласталось под ногами, капает на головы с деревьев. Лианы были похожи на огромные темные кружева, связывавшие деревья в одно целое. А деревья выглядели так, будто их вырвали с корнем и снова бросили на землю, где они проросли и покрылись коростой лишайников.

Лес напоминал филиал ада, о котором только мечтают бесы. В нос шибали такие запахи, что сердце пропускало удары. Это была полоса препятствий, устроенная самой природой.

…Над местом побоища, как ручной стервятник, пролетел беспилотный самолет-разведчик. Глазки объективов камер равнодушно осмотрели все, что осталось от моторизованной засады: истерзанные тела, искореженный вездеход. Стальная птица зафиксировала картину недавнего боя и скользнула обратно в облака…

Впереди, выбирая дорогу тем особенным, цепким, все замечающим взглядом, который вырабатывается у разведчиков, шел командир группы. Световой день заканчивался. Алешкин все рассчитал правильно. Они должны были до ночи достигнуть реки. Дойти, доползти на зубах, но сделать это. Сгущались сумерки. Солнце зашло за верхушки деревьев. Скоро ему на смену заступят в караул две луны.

Они вышли на берег широкой реки, которая неторопливо текла в обрамлении лесных великанов, словно после нелегкой работы. Надо было найти место поуже и, если повезет, — брод. Разведчики двинулись вдоль берега, под прикрытием леса, вплотную подступившего к урезу воды.

Через два километра река делала резкий поворот. Идущий впереди Алешкин поднял вверх руку, согнутую в локте, — сигнал «всем замереть». Пересмешник, замыкающий, тут же шагнул в сторону и бесшумно залег за поваленным деревом. Идеальная позиция, если впереди враг.

Вдоль берега стоял искалеченный лес. Вокруг черных воронок — крошево измочаленных, успевших засохнуть веток, скрюченных опаленных широких листьев, рассыпавшихся в труху под ногами. Земля все еще источала горковато-кислый запах взрывчатки.

«Не все рассказал Хеймдалль. Ох, не все!» Вокруг было тихо и печально. Впереди виднелось кладбище изуродованной техники.

В этом месте река сужалась. Неизвестный командир совершил фатальную ошибку, решив здесь форсировать водную преграду: относительно небольшое расстояние между берегами и неглубоко. Похоже, не один он считал это место идеальным для переправы.