Последний реанорец. Том XI

Празднование было в самом разгаре…

Правда, в следующий миг из всех вялотекущих размышлений меня вывел холодный голос неподалёку и два силуэта воителей, что оторвались от нескольких таких же теней, охраняющих главные ворота усадьбы.

— Эй! Ты еще, кто такой? И чего здесь так долго наход…

Вот только договорить тот не успел. Приблизившись, он умудрился разглядеть усталое лицо, потрёпанный доспех, уже ставшим известным оружие и тотчас осекся под моим равнодушным взором и моментально выпал в осадок.

— Г-господин? — неверяще прошептал духовник с глупой улыбкой на лице, которая становилась всё шире, и быстро переглянулся со своим товарищем. — Вы… вы здесь? Вы вернулись? П-прошу п-прощения за дерзость… Я… я не знал… — стал сбивчиво тот объясняться.

— Как видишь, — ухмыльнулся я, неспешно направляясь к главному входу. — И расслабься. Все сделали как подобает. Я не сержусь.

— Я сейчас уведомлю госпожу Хельгу, — внезапно спохватился парень и сразу схватился за микронаушник. — И княгинь тоже нужно уведомить!!!

— Не стоит, — осек я живо воителя. — Пусть отдыхают и веселятся. Праздник всё-таки. Лишнее волнение им сейчас ни к чему. Лучше откройте врата. Я хочу покамест осмотреться и кое-кого навестить…

— Как прикажете, господин, — в один голос отозвались оба и не забыв мне поклониться, на всей скорости умчались выполнять поручение в сторону остальных воителей, на ходу всем шепотом рассказывая кто я такой.

До полуночи оставалось недолго, менее часа, а празднество было в самом разгаре. Танцы, музыка, веселый гомон, фейерверки и надлежащая приятная суета. Встреча Нового Года вступала в свою ключевую фазу. Люди смешались с альвами. Царицынское отделение рода Лазаревых смешалось со столичным. Присутствовало даже молодое и среднее поколение аристократов и аристократок, включая самого цесаревича Романова сразу с двумя своими партнёршами.

Шоу и красочные представления оказались устроены по высшему разряду дворянства. Вот только сами княгини Лазаревы относились к происходящему с наигранной радостью. Даже в такой располагающей и счастливой обстановке. Однако видеть их истинное состояние могли не многие, а всего-навсего жалкие единицы из самых прозорливых. Троица женщин всегда пытались держаться особняком даже в шумной компании знати, лавируя между гостями, приглашенными и самыми доверенными лицами. Тогда как в это же самое время четвертая княгиня всегда находилась рядом с малышом в его детской комнате. Правило было сформировано негласно и спонтанно между женской половиной рода. Причем в праздничном зале, смешавшись с гостями, практически всюду за ними следовала неуловимая мужская тень их извечного телохранителя.