Последний натиск на восток ч. 1 (СИ)

И все пошлины будут платиться здесь. Можешь идти!

— Но, ваша светлость, — проблеял патрикий. — Некая госпожа Милица гостит у нашего повелителя. Это ваша мать… Может быть это…

— Да ты совсем страх потерял, ромей? — побагровел князь и заорал. — Стража, проводить посла до ворот! Чтобы духу его в моих землях не было! Он тут будет мне еще сказки рассказывать. Я свою мать в детстве потерял. Еще раз про мою мать хоть слово скажешь, сволочь, я тебе собственной рукой башку снесу! Пошел вон отсюда!

Патрикий Андрей, бледный, как полотно, попятился к выходу, в чем ему немало поспособствовали плечистые воины из княжеской охраны. Боярин Звонимир, который, по обыкновению, молча сидел в углу, вскинул на государя глаза.

— Думаю, у нас времени до лета, государь, — сказал он. — Они еще надеются договориться по-хорошему. Пока посол назад доедет, пока они там подумают, пока еще одного посла к нам наладят… Они тебя каким-нибудь патрикием назначат, красивый плащ подарят, чтобы ты от счастья прыгал. А потом они поймут, что ты на эти побрякушки не купился, и пришлют убийцу.

— Да, я тоже так думаю, — задумчиво сказал Самослав, который не показывал ни малейших признаков гнева, который он разыграл только что. — Они не посмеют пока ничего сделать. Ни мне, ни матери. Они будут думать, как мне доказать, что это действительно моя матушка. Может быть, даже предложат мне приехать к ней в гости.

— Нельзя, — покачал головой Звонимир. — Убьют сразу.

— Само собой, — отмахнулся князь. — Медленный яд, скорее всего. Авары разгромлены, персы тоже. Я им не очень-то и нужен теперь. Напротив, им даже лучше будет, если все племена за Дунаем снова передерутся. Так что до лета моя мать должна быть здесь, а потом придется всю систему безопасности менять. Убийцы по мою душу просто косяком попрут.

— Жду указаний, государь, — спокойно сказал Звонимир.

— Сначала тащи сюда Марка, — сказал князь. — Хочу ему пару теплых слов сказать.

Купец, вызванный из столицы письмом, стоял перед князем, преданно глядя в глаза. Тем удивительнее для него было, когда кулак государя впечатался в его скулу, опрокинув на пол.

— Понял, за что? — поигрывая желваками, спросил князь, когда купец пришел в себя.

— Я же для вас старался, — проблеял тот, ощущая, как под глазом наливается гомерических размеров синяк. Впрочем, назад ехать далеко, успеет пройти.

— Молодец, — ласково сказал князь. — У тебя получилось. Постарался на славу. Передашь отчет Любаве, гонец ждет. Все убытки отработаешь до последнего гроша. Понял?

— Да, ваша светлость! — проглотил тугой комок Марк. — Не извольте беспокоиться. Все вернем до последнего нуммия! Начнем незамедлительно!

— Да плевать мне сейчас на эти нуммии! — отчеканил князь. — Это потом.