Последний дубль

Дело даже не в возрасте, не в ее близости с Вероникой. Дело в невинности. В неискушенности. В том, что она моя абсолютная противоположность.

Все эмоции на поверхности. Ничего скрыть не способна. Хорошая. Умная. Добрая. Просто нереальная.

Я бы назвал ее ангелом.

Но я не верю в ангелов. Я слишком много знаю о том, на что способны люди. О том, на что способен я сам.

Я ждал. Долго. Очень. Ждал, пока она оступится, сорвется. Но я ошибался. Как же я ошибался.

И сегодня не могу иначе.

Это дико. Странно. Непривычно.

Что же она делает? Что?! В чем ее секрет? Почему действует? Зачем? Она пробуждает во мне то, чего нет. Не было и не будет.

— Вы… вы случайно? — спрашивает она, когда я отстраняюсь.

Еще не поздно отступить.

Пусть трусливо, поджав хвост. Пусть. Как угодно.

— Я давно собирался, — жму на газ.

— Шутите? — выдыхает пораженно. — А можно… можно подробнее?

Не поворачиваюсь, слежу за дорогой. Успешно сражаюсь с искушением. Нельзя смотреть. Нельзя. Иначе не сдержусь.

— Теперь вы сделаете вид, что ничего не было? — продолжает она. — Серьезно?

— А чего бы ты хотела?

Почти шепотом, надтреснутым голосом.

Простой вопрос и не менее простой ответ.

Кажется, выхода у нас действительно нет.

— Знаете, я же чуть не умерла сегодня, — заявляет дальше. — Если бы не вы… если бы не мысль о вас. Там. Тогда. Я бы точно чокнулась.

— Я тоже чуть не чокнулся, — признаюсь искренне. — Если бы тот урод…

У меня не хватает воли договорить.

— Я бы себя не простил.

— Вы тут ни при чем.

— Я должен лучше за тобой следить.

Она затихает, однако ненадолго.

Закрываю глаза. Жму на тормоз, высаживаю ее из машины. Прощаюсь. Вычеркиваю из мыслей.

— Правда, — прибавляет нервно. — Очень люблю. Безумно. С первого взгляда. С детства. Я никого и никогда так сильно не любила.

Я все же поворачиваюсь и смотрю на ее губы. Дрожащие, припухшие. Я считаю, что слова излишни.

Нежно. Жарко. Глубоко.

Я уже не знаю, где и чье дыхание.

Нам чудом удается избежать аварии.

Я везу ее к себе домой и не думаю о последствиях. Никакая цена не окажется слишком высока. Я платил и больше. Не раз и не два.

Я уже не уверен, что смогу ее отпустить.

Беру за руку, стискиваю до хруста. Увлекаю за собой, в темный подъезд. Все выше и выше. Открываю замок. Не сразу. Едва способен справиться с волнением.

Пара шагов по коридору, шорох сброшенной одежды. Рваные отблески ночной иллюминации. Полная прострация.

Мы окунаемся в безумие.

Я хватаю ее за талию. Я увлекаю ее на дно. Точнее, на свою кровать, на вмиг смятые простыни.

Я бы хотел сказать, будто не ведаю, что творю. Но я ведаю. Отчетливо, до мелочей, во всех подробностях.

Я избавляю ее от одежды.

Как натянутая струна.

К счастью, у меня есть опыт обращения с гитарой.

Я умею играть, и я делаю это очень хорошо.

— Он… он порезал меня, — всхлипывает она.