Последняя война

— Уж очень похоже на сказку.

— Может быть. Доктор Фукс вскрыл его потом. Даже внутренние органы переродились.

— Как он это объяснил?

Алёна пожала плечами. Ничего не ответила.

Они миновали водоём, и Иван оглянулся, будто сырая вода прудика звала его вернуться.

— Доктор Фукс предложил интересную гипотезу, — сказала Алёна. — Местные виды фауны однополы. Обычно они никогда не отходят далеко от своего водоёма. Как только одно из животных умирает — от старости ли, от болезни, — другой скалозуб подходит к водоёму, напивается этой жидкости (на базе есть фильм, дойдёшь — посмотрим) и тут же разделяется на две особи.

— Фукс предположил, что водоём — хранитель наследственности стада. В нём не вода, хотя по составу жидкость и близка к воде, а слабый раствор фермента, несущего в себе цепочки наследственных молекул.

— И много таких водоёмов? — спросил Иван.

— Мы пока нашли шесть. У каждого пасётся своё стадо.

— А сказке про собаку ты веришь?

— Верю, сама видела. Ты знаешь, на планете ни лесов, ни больших озёр, ни рек. И в ходе эволюции водоём выработал способность не только поддерживать свой вид, но и влиять на другие живые организмы. Если одна из этих коров доберётся до соседнего, чужого водоёма и напьётся из него, она превратится в жителя того водоёма. Понятно?

— Мне одно понятно: я согласен стать коровой, только бы не умереть от жажды.

— До базы ещё два часа ходу. Неужели не дотянешь? Я думала, космонавты крепче духом.

Но Ивана укор не смутил. Металлические подошвы равно мерно цокали по раскалённым камням, и оба солнца планеты безжалостно жгли сквозь скафандр. Здесь не было теней. Одно солнце светило прямо с зенита, второе катилось вдоль горизонта, не собираясь заходить, и за час успевало трижды обернуться по раскалённому небу.

Снова скала, и у неё — водоём, окружённый стаей нежащихся на солнцепёке рыжих одров, отдалённо напоминающих лошадей, доведённых до крайнего истощения.

— Алёнушка, — взмолился Иван. — Я должен напиться! Я обязательно должен напиться!

— Не говори глупостей! Идём. Я всё тебе объяснила.

— Я тебе не верю, — сказал Иван с неожиданным озлоблением. — И твоему доктору Фуксу.

Алёнушка не ответила. Она продолжала идти вперёд, маленькая, тонкая, прокалённая насквозь жаром этой планеты старожил из первой экспедиции, встречающий на планете четвёртый месяц.

…Иван увидел её впервые вчера вечером. Командир корабля «Смерч» вызвал его на мостик и сказал:

— Возьмёшь почтовый планер и спустишься с Алёной Сергеевной на базу. Продовольствие и приборы отвёз Данилов. Тебе останется только взять письма. И вот ещё: лекарства. Алёна Сергеевна специально поднималась за ними на орбиту.

Планер сделал вынужденную посадку на плоском плато, не долетев до базы полусотни километров.