Последняя бригада

Он пробежал все заросшие крапивой закоулки, обследовал все дворы, стучался в дома, заглядывал в погреба, заходил в сады.

Нигде не было ни души.

«Ведь я же чувствовал… — сказал он себе, переводя дух. — Надо было мне идти с ним».

Потом Бобби вспомнил, что предчувствия по большей части не сбываются, и подумал, что, наверное, выглядел полным идиотом, если Сен-Тьерри так быстро выскочил из машины и отправился на разведку один.

Время бежало, а Бобби все перебирал варианты: шальная пуля, падение в погреб, засада…

Он залез в машину и выпустил в воздух очередь из пулемета.

«Если Сен-Тьерри еще здесь, он узнает звук пулемета», — подумал Бобби. С того времени, как лейтенант сказал: «…минут пять», прошло больше часа, и Дерош решительно захлопнул дверцу.

— Заводи мотор, — скомандовал он. — Поехали. Все будет хорошо.

— Влево! Прямо! Стой на повороте! Вперед! — поступали команды в нижнюю часть броневика.

Вглядываясь в полуоткрытую смотровую щель, Бобби мысленно повторял:

«Я потерял лейтенанта! Я потерял лейтенанта!»

Дерош трижды объехал вокруг мельницы, хотя прекрасно понимал, что этот маневр ничего не даст. У него возникло тягостное чувство вины, в основном из-за того, что не находилось ни одного разумного объяснения исчезновению лейтенанта. Бобби было бы гораздо легче, если бы он мог сказать себе: «Лейтенант погиб».

Но он ни за что не вернется в бригаду, пока не бросит вызов судьбе и не использует все шансы.

— Направо, за границу деревни! — крикнул он.

Был даже момент, когда Бобби малодушно решил совсем не возвращаться. Он вдруг почувствовал себя неприкаянным в гуще сражения, и бригада осталась неприкаянной, и все вокруг потеряло устойчивость. Бобби вдруг отчаянно захотелось одним махом покончить со всем этим: броситься вперед, паля наугад куда попало, а потом, чувствуя под собой дрожь железного коня, умереть одиноким всадником.

Двое мотористов внизу казались ему просто воплощением зубчатых передач.

— Ответственность? А перед кем? — прошептал он.

Вдали, за границей деревни, Бобби увидел людей.

— Вперед! В атаку! — скомандовал он. Дома, стремительно вырастая, стали наезжать на него. И люди тоже. Немцы. Бобби поднял оба орудия сразу и вдруг услышал удар. Прямо перед ним на броне заалело пятно шириной в две ладони: броня раскалилась. Бобби отпрянул, ослепленный красным светом, ярко бившим в глаза в полумраке башни. Он не знал, что произошло, но решил, что машина загорелась.

Водитель резко затормозил и крикнул:

По броне ударил второй снаряд, заблокировав башню.

— Задний ход! — скомандовал Бобби второму мотористу и закрыл смотровую щель. А про себя подумал: «Ну, понеслась черная серия! Фильм ужасов!»

Он не знал, откуда по ним палят.